- Ни в коем случае не останавливаемся, - предупредил блондин. – Как бы плохо не было. Стоять нельзя – будет еще хуже.
- Голова…болит…дико… - простонал Никита, еле передвигая ногами.
Неожиданно земля завибрировала. От страха душа чуть не покинула тело. В центре Долины поднялся столб пыли со снегом. Хорошо, что она была хоть как-то освещена, а то никто б и не заметил вихрь из земли. И вдруг все рухнуло вниз, вместе с куском земли и там образовалась круглая черная дыра.
- Что это? – воскликнул Дима, лицо которого исказила гримаса боли.
- Пойдем, - еле выдавил из себя Фиолетовый.
На ватных ногах они побежали туда. Голову жгло изнутри, будто кто-то налил в нее раскаленного олова. Диму стошнило на бегу. Они остановились у края зияющей черной дыры. Пыль опустилась быстро, и их затуманенному от боли взору открылась широкая каменная лестница, ведущая в темную глубь земли.
Трясясь от страха и волнения, Фиолетовый первый поставил ногу на ступень. Дима с Никитой, в полуобморочном состоянии, не заметили этого, пока блондин не окликнул их.
- Ребята! Боль прошла, бегом сюда!
От пробежки силы иссякли, и сделать следующий шаг было сложно. Дима встряхнул головой, пытаясь расслышать Фиолетового, но ему не удалось. И только по жестам они догадались, что нужно подойти. Мальчики, перетаскивая ноги, поплелись ближе к яме. Они оторопели еще больше, насколько это было возможным в их ситуации. Дима на трясущихся ногах подошел к Фиолетовому и, глянув вниз, опустился на ступени не раздумывая. Боль моментально улетучилась. По телу потекло что-то теплое и после – сильная слабость. Хотелось лечь прямо на лестнице, хотелось покоя на неопределенно долгое время. Эту мысль пришлось выкинуть сразу из головы потому, как Никита протиснулся вперед, оттолкнув остальных.
- Я больше не переживу такого, - с придыханием ответил он, согнувшись пополам, руками прижимая живот. – Не знаю, как пойдем назад…Но туда…Нет.
- Об этом еще рано говорить, - обходя мальчиков, сказал Фиолетовый. Никита с Димой медленно пошли вниз за ним.
Чем ниже они спускались, тем быстрее боль забывалась. И темнота все плотнее окутывала ступени. Хоть какой-то свет от озаренной Долины уступил черноте подземелья. Фиолетовый достал фонарь, встряхнул, и лестница осветилась на несколько шагов вниз. Опустившись еще чуть – фонарик оказался не нужным. Стены усыпались мелкими синими искорками. Дима пригляделся – маленькие осколки неизвестного камня, похожего на битое стекло. Спускаться было удобно, пока впереди у подножия лестницы, они не уперлись в темное пространство. Это была точно бездна.
- Что дальше? – спросил Никита. Ему точно не хотелось идти дальше.
- Думаю, ты догадался, - ответил Фиолетовый, доставая фонарь. Дима в рюкзаке нашарил свою металлическую трубочку и встряхнул. Стараясь быть тише, они на носочках вошли во мрак и, крадучись, побрели. Как только сделали несколько шагов во тьме, впереди загорелись факелы вдоль каменных стен, открывая длинный коридор.
- Тише, слышите! – взвизгнул Никита.
Дима застыл недалеко от Фиолетового. Повисла гробовая тишина, только дыхание испуганных путников оповещало о живом человеке. Звуки пропадают не к добру, уж кому ли, как не Диме знать. Секунда и где-то упал камешек, ударился о каменную стену и пол. Потом еще и еще. Гулкое эхо падающих мелких камней стихло и на пол что-то свалилось. Неизвестное было внушительных размеров, потому как земля под ногами вздрогнула.
Фиолетовый с ребятами рысью кинулись к освещенному коридору. Непонятное что-то прыгнуло и пролетело над ними, приземлилось прямо перед заледеневшим от ужаса блондином. Он направил фонарь, чтобы осветить «нечто». Дима последовал его примеру, и сердце ушло в пятки. Над ними возвышался огромный змей, похожий больше на ящерицу с птичьей головой. Крылья были сложены, но их размер в несколько раз превышал само чудище. Еле совладав с мыслями, потом с телом, Дима трясущимися от страха и безысходности руками снял рюкзак. Делая все как можно не заметнее для чудовища, он достал горшочек. Монетки звякнули мимо его желания, и непонятный зверь вздыбился, быстро отстраняясь в сторону. Вот и оружие. Поняв, что в руках надежда, Дима пошел на змея-ящерицу напором. И поставил горшок с серебряными, звонко звенящими, монетами прямо у когтистых лап змея. Тот на мгновение застыл и с грохотом неподвижно завалился на бок, подняв столб пыли.