Кейтилин отряхнула платье и повернулась к детям. Джон уже стоял на ногах и судорожными движениями пытался отчистить рубашку, Санса, всё ещё тихонько всхлипывая, прижалась к матери.
– Тише, тише, – Кейтилин погладила её по голове. – Не бойся, пёс тебя не тронет – ты же слышала, что сказал Фарлен? Успокойся, ты в безопасности.
Она достала платок, осторожно вытерла слёзы со щёк дочери, заправила за ушко выбившиеся пряди – Санса несмело улыбнулась. Потом Кейтилин глубоко вздохнула и повернулась к Джону – он неловко топтался на месте, точно не зная, остаться ему или сбежать как можно быстрее. Следы грязи были на рубашке, руках, лице, волосах – нет, он точно притягивает к себе беды, покачала головой Кейтилин.
– Подойди, – она перевернула платок чистой стороной и постаралась оттереть грязь хотя бы с его лица. Джон мотнул головой, забавно наморщил нос, и Санса хихикнула. – Не вертись, – кое-как приведя его в порядок, Кейтилин заставила себя посмотреть в глаза мальчику – он смотрел исподлобья, привычным тревожным взглядом, точно ожидая наказания.
– Это был храбрый поступок, – ровным тоном сказала Кэт. – Ты молодец, что защитил Сансу, – брови Джона поползли вверх – он явно не ожидал похвалы.
– Как рыцарь! – восторженно воскликнула Санса, чем вогнала Джона в краску.
– Но махать перед мордой собаки палкой было глупо, – продолжила Кейтилин.
– Это меч, – потупившись, буркнул Джон.
– Пусть меч – пёс почуял угрозу и напал на тебя. Если на тебя нападает собака, попробуй успокоить её словами, а не мечом. Умные собаки понимают слова. С людьми, кстати, то же самое.
– Хорошо, леди Старк, – Джон кивнул, серьёзно глядя на неё своими недетскими глазами.
– А теперь иди в замок. Пусть служанки постирают твою рубашку, да и тебе самому не мешало бы вымыться. Не забудь меч! – крикнула Кейтилин, когда Джон уже кинулся бежать. Он неловко повернулся, едва не упав, подхватил с земли меч и с явным облегчением пустился прочь. Санса, к удивлению матери, бросилась за ним.
– Подожди! – она догнала его у самых дверей и с торжественным видом вручила помятый букетик голубоватых цветов. Кэт прикусила губу, чтобы не рассмеяться – настолько недоумевающим и растерянным выглядел Джон, рассматривавший поникший пучок цветов, который Санса держала, как величайшую драгоценность.
– Это тебе, – объявила она. – Ты меня спас.
– Да ладно... Он не злой... Он бы никого не укусил... – начал смущённо объяснять Джон, потом замялся и осторожно взял букетик. – Эээ... спасибо.
Он бросился внутрь – вихрастый, неуклюжий, с тяжёлым деревянным мечом в одной руке и хрупким букетиком в другой, совершенно непохожий на Неда и в этот миг совсем не раздражающий. Санса вернулась к матери – на лице всё ещё были видны дорожки слёз, но она вся сияла. У Кейтилин ёкнуло сердце – она вдруг вспомнила Риверран, далёкое детство, игры с Лизой и Эдмаром – тогда они с Лизой тоже были принцессами, вплетали цветы в волосы и дарили букеты храброму рыцарю, защищавшему их от чудовищ.
– Я расскажу Роббу, какой Джон храбрый, – с гордостью произнесла Санса. – И папе расскажу, когда он вернётся. И... знаешь что, мама?
– Что? – Кейтилин присела рядом с дочерью и снова погладила её по голове.
– Я почти не испугалась, – шёпотом, точно это был страшный секрет, объявила Санса. – Только сначала, когда он на меня залаял, а потом уже не страшно было. И я не боюсь собак, ни капельки не боюсь!
– Не боишься, – согласилась Кейтилин, приглаживая растрёпанные волосы сначала Сансе, а затем себе. – Ты храбрая, как твой папа.
«И Джон тоже храбрый – весь в Неда», – добавила она мысленно, но привычная боль, всегда сопровождавшая эти мысли, на этот раз отчего-то не пришла. Кейтилин встала, оправила платье, взяла дочь за руку, намереваясь увести её в замок, и напоследок оглядела двор. Странно – то ли случившееся её разгорячило, то ли она просто привыкла к северному летнему ветру, но во дворе вдруг словно стало теплее.