Заметив, что я больше не обращаю на его персону должного внимания, Азраер подлетел поближе и язвительно посоветовал мне не спать с открытыми глазами, а лучше хорошенько подумать над тем, как я собираюсь уничтожать большое зло. Я послушно задумалась. Должно быть, вид у меня при этом был тот еще, потому что Азраер неопределенно скривился и отлетел на всякий случай подальше.
Значит, где-то под храмом находится непонятное нечто, излучающее нехорошие флюиды. И я должна сообразить, что с этим нечто сделать, чтобы оно исправилось. Хорошо хоть, храм больше не требуется сносить. Но где искать вход в таинственные катакомбы, расположенные под храмом?
Пока я ломала голову над очередной проблемой, из коридора долетели быстрые шаги, а затем в библиотеку ворвался один из младших жрецов, весь в мыле.
— Локий! Где Локий? — накинулся он на меня. Я неопределенно кивнула вглубь помещения и поспешила следом за гонцом, до крайности заинтригованная.
— Локий, вот ты где, — донесся до меня исполненный облегчения голос посланца. — Скорее, иди за мной.
— Что случилось? — в голосе Локия сквозили недоумение и растерянность.
— Старшие братья вернулись. Верховный жрец велел срочно собрать всех в обеденной. Пошли уже.
Вернулись? Но почему так рано? Сейчас идет только пятый день после их отбытия. Что могло заставить их развернуться обратно?
— Подожди, — мой компаньон, по-моему, растерялся еще больше. — Так мне же надо Кейру отвести в ее комнату.
— Не надо. Верховный жрец сказал, что о ней позаботятся старшие братья.
Кажется, настал мой час, мрачно подумала я. Вот сейчас возьмут под белы рученьки, оттащат в темницу и начнут подвергать всяческим насилиям и издевательствам. А потом приберутся в моей комнате, найдут там украденные из библиотеки книги и листы и быстренько меня прикончат за излишнее любопытство. Хорошо еще, что на кости Азраера — а я логично выбирала самую маленькую, чтобы нетрудно было тащить — не написано, откуда она, а то еще и за святотатство и осквернение могилы огребла бы. И так, чует мое сердце, что придется мне несладко.
Представший перед мои глаза Локий что-то невнятно пробормотал про срочность и необходимость бежать и умчался следом за вторым монахом, оставив меня в гордом одиночестве. Нет, вру. Не в одиночестве. За плечом по-прежнему болтался неугомонный Азраер. Выждав, когда за монахами закроется дверь, он тут же спросил меня:
— То есть, если я правильно понял, тебя сейчас в другое место переведут? В камеру посадят, что ли?
— Убивать меня сейчас начнут, — угрюмо буркнула я. — Твои ученички и их последователи тут такую кашу заварили, что с одной ложки не распробуешь на вкус. Эти старшие, так сказать, братья ездили похищать из городов и деревень одиноких девушек и женщин. А уж что они тут с ними делают, можешь додумать сам, не маленький. Только что прибыла новая партия душ, вот меня и определяют в их теплую компанию.
— Вот оно что, — задумчиво протянул дух. — Теперь мне все понятно. Девушки, говоришь, молодые? Да уж, лучше не придумаешь.
— Ты о чем? — поразилась я. Нет, чтобы посочувствовать! Хотя дождешься от него…
— Понятно, почему такие сильные эманации зла идут из-под храма. Там наверняка стоит какой-то алтарь, и на нем этих девушек приносят в жертву.
Я помолчала, переваривая неожиданную новость. В принципе, все сходится. Да и Рычи мне говорил, что тела девушек были сильно обезображены. Так что…
Дверь, скрипнув, приоткрылась, оборвав мои рассуждения на самом интересном месте. В дверном проеме показался плечистый мужчина.
— Следуй за мной, — отрывисто бросил он мне.
Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.
На этот раз никто не позаботился завязать мне глаза, несмотря на то, что направлялись мы в запретные коридоры, из чего я сделала неутешительный вывод, что обратно вряд ли вернусь. Если я правильно помнила старый план храма, то мы направлялись в тюремно-пыточную зону. Впрочем, вполне могло быть и так, что сейчас там находится что-нибудь более оптимистичное.
По дороге я судорожно пыталась придумать, как бы исхитриться и попросить Азраера перенести злополучные книги из моей комнаты обратно в библиотеку. Однако возможности такой мне не представилось. Дух, словно чувствуя, что его собираются нагрузить работой, держался поодаль, с нескрываемым интересом наблюдая за сменой эмоций на моем лице. Я ему и моргала, и подмигивала, и корчила рожи, но хитрый маг не соизволил подлететь поближе. Зато сопровождающий меня монах, заметив мои кривляния, на всякий случай предпочел приотстать.