— Мой отец любил пустыню.
— Это должен делать каждый Фараон.
Рамзес и Нефертари наслаждались спокойствием и тишиной вечера и любовались заходящим солнцем, лучи которого освещали обелиски Гелиополиса.
Глава 35
Как только окна спальни Рамзеса стали темными, Серраманна ушел из дворца, разумеется, проверив все посты охраны. Ловко вскочив на великолепного черного коня, он помчался через весь Мемфис к пустыне.
Египтяне не любили ночь. С наступлением ночи демоны выходили из своих укрытий и нападали на одиноких путников. Но грозный сард не боялся никого, он мог дать отпор и чудовищу, и грабителю. И если он собирался что-то сделать, то никто не мог помешать ему.
Серраманна надеялся, что Сетау придет во дворец на чествование Рамзеса. Однако любитель змей не изменил своей привычке и не покинул своей лаборатории. По-прежнему пытаясь найти того, кто подбросил скорпиона в спальню Рамзеса, Серраманна опрашивал самых разных людей, пытаясь получить надежную информацию.
Сетау никто не любил. Все боялись и его, и его ужасных змей, но его сила проявлялась и в других делах. Торгуя ядом для лечения тяжелых заболеваний, он разбогател.
Хотя Серраманна и не доверял Роме, он понимал, что Сетау тоже вызывает подозрения. После провалившейся попытки убийства, он почему-то не осмелился появиться перед Фараоном.
Серраманна должен был увидеть его. Бывший пират привык прямо смотреть в глаза своим противникам, он должен видеть, как Сетау будет наспех придумывать объяснения своему поведению.
Серраманна спешился и привязал своего скакуна к стволу фигового дерева. Он прошептал несколько слов на ухо лошади, чтобы та не издавала никаких звуков. Ему нужно было незаметно подойти к лаборатории Сетау. Несмотря на то, что луна почти полностью скрылась за тучами, ночь была довольно светлой. Крики гиен не производили на сарда никакого впечатления.
Лаборатория Сетау была ярко освещена. Неужели здесь он сможет получить ответы на все свои вопросы? Разумеется, Серраманна пообещал себе не кидаться на Сетау с обвинениями или даже с подозрениями, но необходимость — это закон. Очень осторожно ступая, Серраманна подобрался к дому совершенно незаметно.
Прижавшись к стене, сард прислушался.
Изнутри доносились стоны. Какое несчастье творит этот заклинатель змей? Серраманна опустился на колени и посмотрел в щель. Горшки, клетки со скорпионами и змеями, корзины, глиняные кувшины… Весь этот хлам валялся на столе и скамейках.
На полу сплелись в объятиях обнаженные мужчина и женщина. Великолепная нубийка издавала глубокие стоны наслаждения. Ее партнер был крепким, коренастым мужчиной с черными вьющимися волосами.
Сард отвернулся. Он несколько равнодушно относился к женщинам и поэтому смотреть на то, как другие занимались любовью было для него занятием не очень-то интересным, однако совершенство этой молодой нубийки поразило его. Помешать такой страсти было бы просто преступлением, к тому же потом Сетау будет уставшим, и его будет легче допрашивать.
Серраманна сидел и думал о красавице Мемфите, с которой он будет обедать завтра вечером. Как говорит ее подруга, она очень любит сильных и мужественных мужчин.
Вдруг откуда-то слева донесся странный шум.
Серраманна повернул голову и увидел огромную кобру, которая уже была готова напасть на него. Он встал, отодвинулся немного, но тут же остановился как вкопанный. Вторая змея, такая же огромная, как первая, уже приближалась к нему.
— Пошли прочь, мерзкие гады!
Однако грозный кинжал сарда не напугал змей, по-прежнему готовых напасть на него.
— Что здесь происходит?
Совершенно голый, с факелом в руках, Сетау вышел в сад.
— Ты украл у меня что-то? Мои сторожа избавляют меня от такого рода разочарований. Они очень жестоки и очень преданы мне. К твоему несчастью, их поцелуи смертельны.
— Ты же не собираешься совершить преступление, Сетау!
— О, ты знаешь мое имя… Но тем не менее ты явно вор, к тому же с кинжалом в руке. Мои действия — это лишь самооборона, так решит суд.
— Я Серраманна, начальник личной охраны Рамзеса.
— Это имя мне известно. Но к чему эта попытка обокрасть меня?
— Я хотел только увидеться с тобой.
— В этот час, ночью? Мало того, что ты помешал нам с Лотос, ты еще и нагло лжешь.
— Я говорю правду.
— И почему же ты так жаждешь меня?
— Этого требует безопасность Фараона.
— Что это значит?
— Мой долг — охранять Фараона.
— Я угрожаю Фараону?