— Просто удивительно. Завтра она уже пойдет на прогулку в сад.
— А малышка?
— Ее жажда жизни просто неугасима.
— Что предсказали ей семь провидиц?
— Черная вуаль, которая скрывала судьбу Меритамон разорвана, они видят платье жрицы, благородную женщину и камни храма.
— Суровую жизнь, скажем так.
— Ты не признаешь богатство?
— Мне достаточно моих змей, скорпионов и моей Лотос.
— Твои знания безграничны. Что касается приготовления ядов, они будут приобретаться моими лекарями для больниц по самой подходящей цене.
— Я отказываюсь от этих привилегий.
— Это не привилегии. Просто твои снадобья превосходного качества, это вознаграждение за твою работу.
— Если я осмелюсь…
— Осмелишься.
— У тебя есть еще красное вино из Файюма.
— Завтра тебе доставят несколько амфор.
— Это будет стоить сотни пузырьков с ядом.
— Позволь мне подарить тебе это вино.
— Я не люблю подарков, особенно от Фараона.
— Это подарок от друга. Как тебе удалось спасти Меритамон?
— Мои змеи меня многому научили, остальное я узнал у Лотос. Мастерство нубийских чародеев несравненно. Амулет, который твоя дочь носит на шее, избавит ее от многих бед, при условии, что он будет каждый год обновляться.
— Дом, выстроенный специально для твоих исследований, ждет тебя, тебя и Лотос.
— В центре города! Это смешно… Как же мы сможем изучать змей? Для этого необходима пустыня, ночь и опасность. Кстати, об опасности… Это колдовство очень необычно.
— Объясни.
— Мне пришлось использовать сильные средства, чтобы снять заклятье. Мы имеем дело с колдовством другого народа: сирийцев, ливийцев или евреев, если бы я не использовал три магических осколка слоновой кости, я бы не смог разрушить заклятье. Я никогда не пользовался заклятьями, способными уморить голодом младенца… По-моему, это просто подло.
— Дворцовый маг?
— Это бы меня удивило. Твой враг хорошо знаком с темными силами.
— Он снова начнет…
— Можешь быть в этом уверен.
— Как его найти и уничтожить?
— Понятия не имею. Чародей такого класса умеет скрыть свои деяния. Может быть, ты его уже встречал, и он показался тебе любезным и доброжелательным. А может быть, он прячется где-нибудь в недоступной пещере.
— Как защитить от него Нефертари и Меритамон?
— Используя те средства, которые уже доказали свою эффективность: ритуальные амулеты, обращение к светлым силам.
— Этого достаточно?
— Нужно использовать энергию, превосходящую энергию черной магии.
— Итак, нужно создать храм, который будет воплощать в себе эту энергию. Храм Миллионов Лет… Лучшего союзника у Рамзеса не будет.
Пи-Рамзес разрастался.
Это еще не был город, однако здания и дома уже обретали реальные черты, улицы заполнялись множеством прекрасных дворцов, фундаменты которых были из камня, и которые ни в чем не уступали дворцам Фив и Мемфиса. Работа по-прежнему велась с большим рвением. Моисей казался неутомимым, его управление было безукоризненным. Глядя на плоды своего труда, строители новой столицы, мастера — все не могли не любоваться городом и после окончания строительства мечтали обязательно поселиться в нем.
Двое еврейских старейшин, завидовавшие успехам Моисея, попытались взять дело в свои руки, даже не объяснившись с молодым евреем. Однако все строители потребовали, чтобы Моисей стоял во главе всех работ. С этого момента Моисей все больше и больше походил на царя без царства. Строительство новой столицы отнимало у него столько сил, что все сомнения рассеивались, он уже не думал о вере в единого Бога, он занимался лишь организацией работ.
Новость о приезде Рамзеса очень обрадовала его. В течение нескольких дней после родов царицы атмосфера на стройке была очень нервозной. Ходили разные слухи. Но Моисей был уверен, что Фараон не отложит свой визит в столицу.
Рамзес оправдал его ожидания.
Серраманна не стал мешать рабочим создать живую цепь вдоль дороги, по которой ехала колесница Фараона. Все они желали прикоснуться к Рамзесу и тем самым причаститься его магии. Серраманна проклинал этого молодого правителя, который не принимал никаких мер предосторожности.
Рамзес направился прямо к временной резиденции Моисея. Когда Фараон сошел со своей колесницы, Моисей поклонился ему; войдя внутрь, друзья обнялись.
— Если мы будем продолжать так работать, твое предположение, казавшееся безрассудным, станет реальностью.
— Отправимся немедленно?
— Конечно!
— Сегодня я хочу осмотреть все.