По прошествии трёх месяцев семьсот миллионов были, в кассе.
А в это время в мастерских рабочие ни о чём не подозревали. Работа не прерывалась ни на час. Продолжался методичный, упорный, суровый, но благородный труд.
Во время прошедших последних лет рабочие — все по доброй воле — непрерывно совершенствовались в своей профессии под умелым руководством семи основных мастеров.
Андре Серваль разумно распоряжался фондами, которые он собрал, и увеличил их в четыре раза. Спустя ещё четыре года он уже владел капиталом в три миллиарда, но нельзя сказать, что его задача была из лёгких. После того, как он едва не оказался в финансовой западне, он был вынужден предпринять новое сражение, может быть, ещё более жестокое, чем первое, против всего города, против почти всей страны, которая не понимала красоту и величие его замысла, И он боролся с невероятным упорством и терпением.
Однажды вечером, когда он готовился наведаться в мастерскую, где оттачивали своё умение молодые скульпторы по дереву, в дверь чердака постучали, и на пороге он увидел совершенно незнакомого человека.
Гость, одетый не без некоторой изысканности, сразу же показался очень раскованным.
— Месье Серваль? Моё имя Поль Боравен, муниципальный советник Пюто.
— Чем обязан столь высокой чести, мосье?
— Уважаемый мэтр…
— Оставьте этот титул адвокатам, которые им так дорожат! — довольно сухо ответил отшельник.
— И всё-таки, я слышал… Но ничего не поделаешь! Это не помешает мне иметь удовольствие познакомиться с вами. Много наслышан о вас за эти последние месяцы…
— От кого?
— Э-э… Из слухов, в основном!
— И что Же говорят?
— Что вы человек удивительный, — продолжал Боравен пленительным голосом, — человек выдающийся, который не должен постоянно скрывать свой замечательный проект! Тем более, что вы уже принялись за его реализацию, благодаря вашим мастерским, которые работают вот уже многие годы! И мой долг как члена муниципалитета разве не состоит в том, чтобы познакомиться с деятельностью наших управляющих?
— Давайте перейдём к цели вашего визита, месье.
— Я так и делаю, дорогой месье Серваль. Вы, вероятно, и не подозреваете, что перед вами муниципальный советник по собору Сен-Мартьяль!
— Всего-навсего?
— …самый стойкий защитник этого великого творения, половина которого будет возведена на участке, принадлежащем коммуне, проголосовавшей за меня на последних выборах.
— Вам уже известно, где я собираюсь строить? До сего дня я, однако, никому, за исключением нескольких избранных сотрудников, не доверял мои планы.
— Все об этом говорят, дорогой месье! Париж уже стал огромным Ландерно, а вы подумайте, что такое Пюто! Таким образом, мне казалось необходимым познакомиться с вами и обговорить некоторые практические вопросы… Вы догадываетесь, вероятно, что я мог бы выгодно поддержать ваш проект перед нашим муниципалитетом, когда рано или поздно встанет вопрос о голосовании за пего, что даст вам право или не даст построить собор в «нашей» коммуне.
— Означает ли это, что точно также будет и с Курбевуа, поскольку площадь Дефаис находится на территории обеих коммун?
— Очевидно, да! Но если вам будет угодно, то мне доставит удовольствие помочь вам установить отношения с одним моим любезным коллегой из муниципалитета Курбевуа, который быстро проникнется вашими идеями в обмен на небольшую компенсацию…
— А что хотите вы?
— Дорогой месье Серваль, вам не удастся меня убедить, что вы находитесь в неведении относительно обычно практикуемых порядков, когда речь касается строительства монумента или общественного учреждения на участке, принадлежащем городу! Ваш собор автоматически войдёт, как и все храмы после отделения церкви от государства, в категорию общественных учреждений… И вам следует как можно скорее сделать всё необходимое, чтобы никто не смог бы помешать реализации вашего проекта… Увы! Вы знаете людей не хуже меня! Не могут все иметь такую высокую веру, как вы! Некоторые люди даже рискуют показаться исключительно враждебными к другим, высказывая свои политические идеи….. Поэтому для вас важно собрать большинство в рядах членов двух заинтересованных муниципальных советов… Думаю, вы догадываетесь, каким образом можно собрать это большинство! Иногда это может показаться довольно дорогим, но не будет ли это только небольшой пылью в сравнении с той грандиозной целью, к которой вы стремитесь?
— Денежной пылью, не так ли?
— Вам не откажешь в сообразительности, месье Серваль! Люблю интеллигентных людей! Итак, если моё предложение вам подходит, я вполне мог бы справиться с ролью… скажем, посредника между моими коллегами и вами. Вы не можете и не должны даже — как человек такого склада! — заниматься всеми этими мелочами…