--Пару дней назад в Салониках ты забрал из отеля "Бельфетон" вещи одной девушки,-- пояснил Антон спокойным голосом, словно ничуть не боится нацеленных на него пистолетов.-- Я хочу знать, куда ты их дел?
--Вещи или девушку?-- уточнил Максим с наглой ухмылкой.
--И вещи, и девушку,-- всё в том же безмятежном тоне ответил Медведев.
--Ну, как бы тебе сказать,-- задумался Талиди.-- Эта информация закрытого доступа, и, боюсь, я не смогу тебе её предоставить.
Антона охватил гнев. Он не любил, когда его воспринимали как безвредного сосунка. Хватало хотя бы того, что к нему так относился брат. А тут обычные греческие бандюги вели себя, словно они посланники дьявола и могут сжечь кого-нибудь одним лишь взглядом. Для начала Антон резко присел и выбросил из рукавов пиджака несколько заточенных звёздочек. Они со свистом пролетели над полом и впились в ноги троих охранников. Остальные принялись стрелять, но в юркого парня попасть не успели - тот сделал кувырок вперёд, попутно выхватив из кармана свой пистолет. Следующим его действием был выстрел, который уложил коренастого мужчину, целившегося в непрошенного гостя.
Дальше события развивались по нарастающей. Антон разбил лампу на потолке, из-за чего на какой-то миг в зале сделалось темно. Бандиты метались и палили во все стороны, будто пытаются убить призрака. А Антон между тем застрелил ещё одного охранника, и таким образом их осталось всего-то двое, причём оба хромали от зацепивших их боевых звёздочек.
Максим не принимал участия в этой потасовке. Он отошёл к стриптизёрше, которая ничуть не испугалась стрельбы и молча наблюдала за схваткой. Талиди обменялся с ней парой фраз и хотел уже куда-то быстро удалиться, когда Антон нацелил на него оружие.
--Ещё шаг, и ты отправишься в ад,-- предупредил он, ничуть не запыхавшись от боя. Не даром же он изнурял себя тренировками каждый Божий день.
--Всё, всё, всё,-- засмеялся Максим, подняв руки.-- Я сдаюсь, ты выиграл.
Стриптизёрша тоже улыбнулась, словно вся эта ситуация её только позабавила.
--Итак, мне нужен ответ на мой вопрос,-- повторил Антон своё требование.-- Где ты держишь Лавру Гербер?
--Тебе туда не попасть, парень,-- начал стращать его Талиди.-- Это гиблое место, оно хорошо охраняется...
--Может, мне для убедительности прострелить тебе ногу?-- спросил Медведев и, не дожидаясь ответа, пальнул мафиознику прямо в бедро.
Девушка даже не вскрикнула, всё так же с интересом глядя на эту заварушку. А вот Максим завыл, упав на пол и схватившись за раненную конечность. На светлых брюках проступила кровь. Кажется, Антон перестарался и задел артерию. Но Талиди об этом пока не знал, так что следовало брать его "за рога".
--Где ты прячешь Лавру Гербер?-- спросил парень тем же спокойным голосом.
--На острове,-- прокряхтел мужчина, елозя и постанывая.
--Я ещё могу продырявить тебе и руку...
--Нет, не надо!-- испугался мафиозник.-- Умоляю, прекрати, я хочу жить!..
--Где ты прячешь Лавру Гербер?-- повторил Антон.
--Это с другой стороны острова Лесбос, в часе езды по морю,-- на этот раз охотно поведал Максим.-- Там маленький островок, его называют Илиди, он принадлежит Григориану Клетису. У нас там замок...
--Спасибо,-- обрадовался Медведев, опустил пистолет и направился было к выходу, но вдруг развернулся и в упор застрелил мафиозника.
У того во лбу осталась небольшая дырочка, из которой тут же засочилась кровь. Он с раскрытым от удивления ртом упал на спину и больше не пошевелился.
Антон направил оружие на стриптизёршу, но та и на этот раз не дрогнула. Лишь усмехнулась, припав спиной к блестящему шесту. Следовало пристрелить и её тоже, однако Медведев пожалел девушку. В конце концов, она вряд ли находилась здесь по собственной воле. А её неадекватную реакцию на происходящее можно было списать на шок.
Обойдя трупы охранников, Антон достал сотовый телефон и связался с Охтиным.
--Месир,-- сказал он,-- я узнал, где прячется русалка.
--"Глаз Дьявола" вместе с ней?-- спросил Кирилл Константинович.
--Я отправляюсь проверить это.
Глава 7
Зовущие во мрак
Розовый луч упал на плечо девушки, по которому следом прошлась тонкая кисть, оставив тёмную линию. Получился своеобразный рисунок, только не на бумаге, а на живом полотне. Он начинался от низа спины широкими алыми бутонами, на которых красовались жёлтые бабочки, и завершался небольшими листочками и шипами. Обнажённый мужчина держал в одной руке палитру, а другой водил кистью по коже прелестной актрисы. Голос со стороны постоянно говорил, что нужно делать дальше, словно руководя этой парой как куклами в театре. И те послушно исполняли его указания. Рядом сидел мужчина в широких шортах и наблюдал за всем процессом через объектив кинокамеры.