— Nilo, — улыбаясь, повторил гном, проследив за взглядом Нилоэлы.
И тихонько ушёл, оставив полукровку наедине с новым открытием.
Комментарий к Зверь луны
* Goss — лорд, хозяин на чёрном наречии.
* Окончание “ул” в кхуздуле означает принадлежность кому или чему-либо, посему можно сказать, что Фундинул — это отчество Балина.
========== Нечаянные встречи ==========
Ночное светило притягивало. Теперь Нилоэла по-особенному смотрела на него. Покой и умиротворение дарило мягкое желтоватое сияние, спускающееся с небес.
«Ты, луна, владычица ночи, мне приходишься сестрой. Верной я навеки стану, тайну раздели со мной, силой надели сполна. Укажи верную дорогу, проведи немного, дальше я пойду одна».
Нило достала из-под рубахи, что превратилась в бесформенную робу грязно-серого цвета, кулон. Он тут же молочной каплей заблестел на ладони девушки.
«Дар любимому ребёнку», «лунная моя девочка», — фразы, сказанные разными гномами, всплыли в сознании полукровки, смешиваясь воедино. Первая была произнесена Бифуром ещё совсем недавно на кухне Бэг Энда, когда он увидел камень, оказавшийся оберегом. Кому принадлежала вторая? Нилоэла не знала точного ответа, но сердце подсказывало — эти слова были сказаны кем-то из её семьи… из той семьи, которая была потеряна много лет назад.
А на поляне тем временем разгорался спор. Усталые путники, собравшиеся было отойти ко сну, были не на шутку встревожены известием, принесённым Фили и Кили. Оказывается, по соседству с гномами остановился на привал некто очень большой и, по-видимому, крайне опасный.
— Изучаем мы, значит, окрестности… — отдышавшись, издалека начал Кили.
Торин, сверкнув глазами, перевёл выжидающий взор на Фили. Тот будто бы ненароком наступил брату на ногу. Пока юный гном, так опрометчиво выдавший себя и брата, стискивая зубы, силился понять, в чём дело, старший юноша уверенно произнёс, пытаясь привлечь внимание дяди к самой важной новости:
— Усердно пони сторожим! Вдруг слышим неподалёку громкий треск, как будто сухие ветки ломаются, и лошадь испуганно ржёт. Спустя пару минут всё затихает, а на месте небольшой рощицы мы видим кучу поломанных деревьев, словно там буря пронеслась! И ещё вдалеке огонёк мигает. В чаще леса кто-то костёр развёл!
— Мерзавец умыкнул наших пони! — рыкнул Двалин.
— Да в том-то и дело, что нет! — опомнясь, возразил Кили. — Они на месте. Два раза пересчитывали.
— Тогда я ничего не понимаю, — развёл руками Двалин.
— Ясно одно, — вперёд выступил Дубощит, окидывая присутствующих пристальным взглядом, — нужно выяснить, кто набился нам в соседи. — Остальные гномы подняли одобрительный галдёж. Торин резко вскинул руку вверх, призывая всех к тишине. Когда на поляне установилось относительное спокойствие, нарушаемое редким шушуканьем, он продолжил: — Но сделать это необходимо тихо, без лишнего шума, чтобы в случае чего не выдать себя.
Бильбо изо всех сил делал вид, что пуговицы на его камзоле во много раз важнее происходящего разговора. Он старался не смотреть на подгорного короля и его племянников, пытаясь спрятаться за спинами Бофура и Бифура. Когда же Торин завёл речь о том, что нужно разузнать побольше о существе, переломавшем густой перелесок, два гнома дружно расступились, и все перевели ожидающие взгляды на маленького хоббита, который продолжал нервно теребить свои несчастные пуговицы.
— Мастер Бэггинс, думаю, никто не станет возражать, что подобное поручение в самый раз для вас, — решая не ходить вокруг да около, заявил гномий король, расправляя плечи. Он внимательно следил за тем, как отреагирует нанятый взломщик на своё первое задание.
Бильбо, делая глубокий вдох, поднял глаза. В них ясно читались мучительное сомнение и неприкрытая тревога. Понимая, что отказаться — значит показать себя лгуном, расписывающимся в собственной трусости, — хоббит усилием воли пробудил те крупицы смелости, что крепко заснули в нём, и сдавленно произнёс:
— Я пошёл. Разузнаю, что это за свет и зачем он.
Но, на поверку согласившись, полурослик застыл на месте. Его ноги одеревенели, в голове шумело так, словно Лобелия Саквиль-Бэггинс шарила по комоду, отчаянно стараясь найти заветные серебряные ложки. Он не двинулся с места, пока…
— Поторапливайтесь, — громогласно приказал Торин, выводя онемевшего взломщика из ступора, — если всё в порядке, побыстрее возвращайтесь. Если нет, тоже попробуйте вернуться. Не сможете — дважды крикните сычом и единожды филином, тогда мы постараемся что-нибудь придумать.
Бильбо Бэггинс, чуть дыша, отправился в лес. Ему не пришлось долго искать следы странного существа — извилистая тропка вывела хоббита прямёхонько к раскуроченной рощице, а дальше дорогу не отыскал бы только слепой. Вдали предостерегающе мерцал огонёк, и полурослик, так не вовремя вспомнивший кружащихся в танце смерти мотыльков, бесшумно прокрался вперёд.
Благополучно, никого не вспугнув, Бильбо добрался до огня и вот что увидел: три гигантских тролля сидели у огромного костра, сложенного из буковых брёвен, и поджаривали барана на вертеле. Туша аппетитно поблёскивала в неровном свете костра, сочась жиром. Маслянистые капли, попадая на угли, приглушённо шипели, превращаясь в тонкие струйки беловатого пара. Неподалёку от великанов стояла пузатая бочка. Они время от времени зачерпывали из неё какой-то пенный напиток. По поляне разносился дивный аромат жареного мяса и хмеля. Даже недавно отужинавший хоббит сглотнул слюну, наблюдая за сытной трапезой.
— Больше ни один кусок баранины в рот не возьму! — отбрасывая обглоданную кость в сторону, сказал один из троллей.
— Так последнего сожрали, — отозвался второй, утирая испачканную в жире морду короткопалой ручищей.
— Что вы всё ноете! — огрызнулся на них третий. Он шумно отхлебнул из кружки, после чего смачно рыгнул, заставляя стайку спящих в соседних кустах птиц поспешно убраться подальше, возмущённо крича. — Скажите спасибо, что есть чем брюхо набить. Вон какую жирненькую кобылку я сегодня раздобыл, — бахвалился великан, тыча толстым пальцем в сторону бревенчатого загона.
Заметив это движение, курчавый взломщик, скрытый мраком, осторожно выглянул из-за валуна, в тени которого прятался всё время. Взглянув в том направлении, куда указал один из верзил, Бильбо поражённо выдохнул, узнав в лошадке, ставшей пленницей троицы ненасытных великанов, Сиритх, пони своей сестры.
— У неё мясо слишком жилистое, — воротя нос, привередничал гигант, которому надоела баранина. За это он получил пустой кружкой прямо по лысой, гладкой как камень голове.
— Жирный дурак ты, Берт! Совсем зажрался! — гаркнул великан, добывший Сиритх.
— Прости, Билл, — потирая место ушиба, торопливо извинился названный, оказавшийся и впрямь очень упитанным даже для тролля.
— Сейчас такие времена настали, что выбирать не приходится, — всё ещё кипел Билл.
— Человечинки бы, — мечтательно вздохнул другой тролль, похожий на округлую каменную глыбу. — Пора делать ноги из этих мест, всё равно поживиться здесь больше нечем, — в свою очередь посетовал он.
— Завтра отправимся на запад. Слыхал я, что в тех краях полным-полно крошечных, но на славу откормленных людишек живёт, — раскрыл свои планы Билл. — А теперь давайте прикорнём, пока солнце не встало. Не хотелось бы застыть навечно в компании таких остолопов, как вы!
— Может, в пещеру уйдём, — робко предложил толстяк Берт.
— И так в ней сидеть целый день, — фыркнул Билл, — здесь хоть можно свежим воздухом подышать, а не тем смрадом, который вы развели в убежище! Сколько вам повторять: не таскайте объедки туда, где живёте!
Том и Берт недовольно переглянулись, но не возразили. А в это время у одного из упомянутых «людишек» порядочно отвисла челюсть от услышанного.
«Эти громадины собрались поживиться нами!» — скользкая мысль, будто змея, пробралась за шиворот и, тугим кольцом обвив горло, перекрыла воздух.
Решив подождать, пока тролли крепко уснут, маленький хоббит планировал сначала освободить похищенную пони, после чего опустошить карманы жестоких великанов и в конце концов перерезать им глотки, чтобы они никого больше не съели. Пока Бильбо строил грандиозные планы, достойные взломщика первой категории, коим он вознамерился стать, Том и Билл улеглись рядом с костром, чтобы немного вздремнуть. Берта оставили стоять на часах. Вскоре и он начал клевать носом. Пользуясь моментом, полурослик выбрался из-за камня и на цыпочках прокрался к загону с пони. Сиритх, не смыкая глаз, с надеждой вглядывалась в ночь. Когда она заметила бесшумно подбирающегося к ней Бильбо, то начала взволнованно ржать. Бэггинс шикнул на неё, опасливо озираясь. Берт мгновенно проснулся. Сонно щурясь, он окинул взглядом своих маленьких, широко расставленных глаз поляну. Хоббит резко пригнулся, прячась за спиной громко храпящего и посвистывающего во сне Билла. Замечая, что ретивая лошадка нарушила его покой, Берт, поглаживая необъятное пузо, злорадно хмыкнул: