Три романа по цене двух!
Я целую вечность не держала в руках новых книг!
Мой разум настолько очарован этим объявлением, что не сразу обращает внимание на нечто более удивительное. Стекло, за которым размещен плакат, абсолютно целое – как и вся витрина, и окна на других этажах. Если вспомнить, я не встречала ни одного невредимого здания с тех пор, как покинула город!
- Что это? – тихо спрашиваю я, подходя к неизвестному строению.
Ян колеблется пару мгновений, прежде чем ответить мне.
- Мой дом.
Он явно опасается, что я завалю его кучей вопросов, заставлю вывернуть душу наизнанку, только бы удовлетворить свое любопытство, но я не собираюсь этого делать. Внутренний голос подсказывает мне, что не стоит пытать стража. Когда он будет готов, то сам раскроет мне все подробности. Это случится не сейчас, и, возможно, не здесь, но непременно произойдет, если я не стану давить на Яна.
Пока достаточно того, что он выполнил свое обещание и привел меня в подобие нормального мира. Остальное может подождать.
Ян церемонно берет меня за руку и ведет за собой.
- Итак, Роза, добро пожаловать в мои владения. Прошу!
При нашем появлении листья на ветках начинают трепетать, и этот звук почему-то напоминает аплодисменты. Все еще не привыкшая к подобным приветствиям, я крепко стискиваю руку Яна. Он успокаивающе сжимает ее в ответ, а свободной рукой машет деревьям.
- Всем привет! Как вы тут без меня?
Новая волна оваций. Я чувствую себя актрисой, которую вывели на сцену, не объяснив, что за роль нужно играть.
- Здравствуйте, - шепотом произношу я, не представляя, куда деть глаза. Даже трава под ногами – и та будто бы уставилась на меня, как на какую-то нелепицу. Да я себя именно так и ощущаю – неловкой, несуразной, смешной в своем мешковатом комбинезоне.
Ян смотрит на меня и улыбается. А потом неожиданно вопит:
- Прошу любить и жаловать! Р-р-роза!
Мое имя в его исполнении звучит раскатисто, как у ребенка, который только-только учится произносить букву Р.
Шорохи и шум вокруг меня постепенно стихают до тех пор, пока на поляне не воцаряется совершенная тишина. Гробовая, я бы сказала, потому что не слышно ни единого «шепотка», которыми деревья сопровождали наше шествие по лесу. Может быть, они ждут, что я выступлю с речью? Кто знает, как у лесных жителей принято знакомиться…
Я поднимаю взгляд и замираю, заметив трепещущие прямо перед моим лицом ветви. Стройная береза, не выходя за незримые границы поляны, склонилась надо мной, пытаясь то ли получше рассмотреть, то ли обменяться… гм… рукопожатиями?
Я осторожно провожу ладонью по листьям и ловлю себя на том, что улыбаюсь непонятно чему. Листья на березе едва заметно подрагивают, но она не отводит их в отвращении и не кидается на меня, как недавно встреченный клен. Я намного ниже ее – нелепая грязная девчонка со спутанным комком волос вместо прически и покрытыми ссадинами щеками. Но все же…. Впервые в жизни растение принимает меня, как равную.
Ну и ну! Может быть, я брежу?
- Спасибо, Лина, мы еще подойдем к тебе, - кивает Ян березе и тащит меня дальше. – Она ужасно сентиментальна.
- Да? А по-моему – очень милая. Постой! Как ты ее назвал?
- Лина, - повторяет страж и начинает указывать на другие деревья, мимо которых мы проходим. – Самсон. Зевс. Алиса.
- Как тебе только в голову пришлось дать им имена? – удивляюсь я.
- А что? Нам же их кто-то когда-то дал. А вот это…
Я замечаю яркое буйство красок, раскинувшееся возле дома, и изумленно ахаю.
- Что это?
- Цветы, - просто отвечает Ян. – Слышала когда-нибудь о таких?
Слово, произнесенное стражем, воскрешает в моей памяти потрепанные страницы из учебника ботаники за восьмой класс. О цветах там что-то было – один или два абзаца, не более. Я даже не уяснила оттуда ни строчки, просто пробежалась рассеянно глазами. Взгляд зацепила лишь аляповатая картинка в самом конце параграфа. Яркие пятна всех цветов радуги слишком выделялись среди прочих учебных изображений, выполняемых, в большинстве своем, зеленой или черной краской. Такую иллюстрацию невозможно было не запомнить. И выполнить еще более бездарно, чем это сделали авторы учебника. Потому что их мазня была лишь жалким подобием настоящих цветов – тех, что я встретила в реальности.