Я захожу в комнату и нервными движениями переодеваюсь, бросая платье на диван и облачаясь в очередной комплект поношенной мальчишеской одежды. При осознании того, что все это, возможно, когда-то носил Ян, по моему телу пробегает невольная дрожь. Я мысленно рявкаю на себя: «Хватит так реагировать!». Пора, наконец, поставить на первое место собственную сестру, а не загадочного парня с мутным прошлым. О нем можно будет подумать позже.
В этот момент мне как-то не приходит в голову, что никакого «позже» у нас может и не быть.
Два гигантских красных муравья снова отправляются в лес. Оглянувшись, я машу дому рукой.
- Жди нас, домик! Мы скоро вернемся!
- И приготовь ужин на троих, - присоединяется ко мне Ян. – Что-нибудь сытное!
Не сговариваясь, мы идем в сторону, противоположную той, где я блуждала ночью. Солнце пригревает, вокруг поют птицы. Думать о чем-то плохом даже не хочется.
Проходя мимо кустов, Ян проводит рукой по их листьям, словно здоровается. Возле небольшого – мне по колено – стебля с розовым цветком на конце он останавливается. Я вытягиваю шею, пытаясь увидеть, что же так заинтересовало стража. Среди лепестков затерялся зеленый жук – точная копия того, что подарил мне Ян перед походом на Запретную территорию.
Кажется, это было в другой жизни.
- Что стало с той бронзовкой? – интересуется страж, поглаживая блестящий панцирь указательным пальцем. – Ты оставила ее дома?
- Конечно, нет! – вскидываюсь я. – Выпустила на волю. Дома она могла погибнуть. От голода и… вообще…
Что именно «вообще» я не могу сформулировать. Сознание рисует довольно яркую картинку: букашка цвета умытой дождем листвы исчезает под стоптанным шлепанцем тети. В нашей квартирке судьба жука была бы предопределена. Я оставила жука на крыше Маяка – в тот момент, когда поняла, что поиски сестренки могут затянуться намного дольше, чем бронзовка способна прожить без пищи и воды.
Ян вглядывается в мое лицо и хмыкает.
- Слушай, ты уверена, что твои родственники не едят детей по ночам и не приносят человеческие жертвы? Я слышал столько любопытных вещей об этих людях, что мне даже захотелось познакомиться с ними.
- Ты не в их вкусе, - откликаюсь я, сосредоточенно рассматривая бронзовку. – Тебя без приправы в рот не возьмешь.
- Да? А я принесу с собой. Помнится, на складе были кое-какие запасы. Что больше нравится твоей тете: перец или чеснок?
Я ударяю стража кулаком в плечо, вынуждая того двигаться дальше.
- Хватит о моих родственниках! Давай поговорим о тебе. Кто построил дом в лесу? Почему твоя семья жила здесь? Во что ты играл в детстве? В прятки с кустами? Или у растений существуют забавы поинтереснее?
Улыбка медленно сползает с лица Яна. Он обводит окружающие нас деревья взглядом и вздыхает.
- Разболтали, значит? А ты времени зря не теряла!
- Ну, так что? – требовательно интересуюсь я. – Расскажешь мне свою историю? Или будешь и дальше играть в таинственного незнакомца?
Ян опять смотрит на растения (мелкие кустики при этом съеживаются, словно пытаясь стать незаметнее) и с новым вздохом произносит:
- Мой отец был экологом.
- Кем?
- Ученым, изучающим природу. Заботящимся о ней.
- Зачем? – непонимающе уточняю я. – То есть, на что он жил? Погоди-ка…. Хочешь сказать, что эколог – это работа?!
- Такая же, как пекарь или сапожник, - кивает страж. – Не поверишь: ему даже платили зарплату.
Эта информация не укладывается у меня в голове. Люди исцеляют своих врагов. Ухаживают за ними. Выбирают это делом всей жизни.
- Почему? – спрашиваю я. Одно короткое слово, хотя есть куча вещей, о которых мне нужно узнать. В моем лаконичном вопросе заключена целая повесть.
Ян рассеянно проводит ладонью по коре дуба, мимо которого мы проходим.
- Когда-то люди были поделены на два лагеря. Одни ради наживы уничтожали леса. Другие – были на стороне деревьев. Защищали их от всяких мерзавцев вроде генерала Грибовского и компании. По сути, сражались с людьми, - страж молчит пару мгновений и добавляет. - Не поверишь, как много нас было раньше.
«Нас». Вот, значит, как. Ян в открытую признался, на чьей стороне он воюет.
Я, как загипнотизированная смотрю на него. В зеленом лесном полумраке Ян в который раз перестает казаться мне человеком. Может быть, это дух срубленной березы - оттого у него такие светлые волосы?
Ян усмехается и щелкает пальцами у меня перед носом.
- Не спишь?
Я смущенно моргаю и отступаю от него на шаг. Представляю, как мое лицо выглядело со стороны! Ян, пожалуй, решил, что я рехнулась. Или, что еще хуже, прочитаел мои мысли…