Мое тело обмякает и падает обратно, поднимая тучу брызг. Это именно то, чего хочет мой организм? Я и в самом деле зря трепыхаюсь? Но ведь Роза – где-то там, в Коридоре, с этим мерзавцем! И каждое мгновение расстояние между нами увеличивается все больше и больше.
Я в ярости кричу и бью кулаком по земле. Всего один раз – на большее меня не хватает. Слабак! Бесполезный истукан! И это ничтожество вознамерилось изменить мир?!
Дождь омывает меня со всех сторон, убаюкивая, призывая закрыть глаза и смириться с неизбежным. Лекарства, которые я украл из приюта, совсем рядом, но с тем же успехом они могли быть на другой планете – мне до них не дотянуться.
Постойте-ка…. А где, собственно, я оставил рюкзак?
Мысленно поблуждав по дому и заглянув в каждый уголок, я начинаю хрипло хохотать. Рюкзак лежит на втором этаже, в изножье дивана – поднимись и возьми.
Поднимись!
- Браво, Олег! – бормочу я в перерывах между сухими смешками, царапающими мое горло. – Ты действительно все предусмотрел!
Продолжая хихикать, я делаю еще одну попытку подняться и снова падаю. Не от того, что силы оставили меня – нет. На этот раз дурную шутку выкинул разум.
Рядом со мной невесть откуда возникает эфемерное существо. Оно появляется совершенно неслышно и опускается на корточки, с немым ужасом вглядываясь в мое лицо. Маленькая угловатая фигурка в промокшей насквозь одежде, очень похожей на приютскую робу. Неужели подобное продают в магазинах? Думаю, добрая тетушка Нина убила не один час, выискивая среди шелка и блесток Универмага ВОТ ЭТО.
Я поднимаю руку и щелкаю свою гостью по носу.
- Ну, здравствуй, Лиля! Неужели я все-таки нашел тебя?
Она медленно качает головой.
- Я сама тебя нашла.
- И как же, интересно узнать?
Не сказать, что в моем положении эта информация представляет большую важность, просто мне хочется отвлечь девочку от созерцания моего истерзанного тела.
Практически обнаженного истерзанного тела, если бы более точным.
Я поворачиваю голову, выискивая поблизости хоть что-нибудь, способное дополнить мой скудный наряд из одних лишь трусов, но безрезультатно.
Впрочем, кажется, моя нагота не производит на малышку ни малейшего впечатления.
- Ты кричал, - просто объясняет она, испуганно взирая на кровавое месиво, в которую превратилась часть моей ноги. – Это сделали….
Лиля опасливо косится на деревья. Я спешу успокоить ее, пока неосторожные детские слова не переполнили чашу терпения Аристарха.
- Ничего подобного. Растения тут ни при чем. Мы всего лишь мило поболтали с генеральским сыном.
Вопреки ожиданию, эта фраза вовсе не успокаивает девочку. Напротив, при упоминании Грибовского-младшего ее начинает бить дрожь.
- Олег… здесь?
- Не беспокойся, он уже ушел, - бормочу я. – Да и нам пора бы – иначе мы окончательно завязнем в грязи.
Лиля поднимается и неуверенно смотрит на небо, извергающее целые реки, а потом снова на меня. Я догадываюсь, что она собирается сказать, за секунду до того, как девочка произносит:
- Я попробую затащить тебя в дом, но не знаю, получится ли…
Малышка ростом метр сорок, пытающаяся нести огромного парня. Я представляю эту картину во всех красках и, вопреки всей плачевности ситуации, начинаю хихикать.
- Спасибо, не нужно. Я справлюсь сам.
Лиля упирает кулачки в бока и оскорбленно интересуется:
- Считаешь меня слабачкой?
Ее жесты, голос и выражение лица в этот момент так напоминают Розу, что мой смех обрывается сам собой. Я отвожу взгляд и снова начинаю свой безумный подъем.
- Нет. Жди меня в доме – там для тебя найдется дело.
Лиля и не думает уходить – крутится рядом, наблюдая за моими действиями и молитвенно сложив ладони перед грудью. Это одновременно раздражает и придает мне сил. Представляю, какой шум она поднимет, скатись я с лестницы во второй раз! Тогда от помощи этой козявки точно будет не отвертеться…. Нет уж, я просто обязан справиться самостоятельно, иначе все мои угрозы в адрес города будут шиты белыми нитками.
Я обязан…. Обязан….
Развалившись на крыльце, я раскидываю руки в стороны и ухмыляюсь грозовым тучам, как идиот. Что, съели? Я еще на что-то гожусь, жалкие серые облачка!
Со ската крыши мне в лицо извергается очередной водянистый плевок. Все ясно – небо не восприняло мой «подвиг» всерьез. Несмотря на это, я продолжаю улыбаться.