Устроив свою новую знакомую на тюк с мусором, я кивнул.
- Начинай.
Девочка несколько мгновений смотрела на меня своими странными огромными глазами, а затем уточнила:
- Ты же Ян, верно? Из восьмого класса?
- Да. А тебя как зовут?
- Тот самый, которого называют грозой сорняков?
Я вздрогнул, мысленно прикидывая, могут ли деревья, растущие в лесу, слышать наш разговор с такого расстояния.
- Не знаю. Обычно все зовут меня по имени.
- Парень, по которому сохнут все девчонки приюта?
Эта реплика, исходящая из уст малышки, едва ли умеющей читать, окончательно сбила меня с толку. Она что, смеется надо мной?
Девочка выдержала многозначительную паузу и звонко расхохоталась.
- Я шучу! Интересно было посмотреть, как ты отреагируешь. Расслабься!
Я криво улыбнулся. Расслабиться? Похоже, в эту ночь подобное мне не грозит.
- Ты мне так и не сказала своего имени.
- Лилия. Или Лиля. Как тебе больше нравится?
Пожимая протянутые мне тонкие пальчики, я промычал нечто неопределенное. Лилия, значит? Не думал, что в нашем городе найдется аж две девчонки с самоубийственными цветочными именами. Еще немного – и можно будет собирать букет.
- Роза Соколова – моя сестра, - как ни в чем не бывало, пояснила девочка. – Возможно, вы знакомы.
Я отдернул руку.
- Как ты это делаешь? Впрочем, неважно! Прекрати копаться в моей голове!
- Я и не думала. Просто хотела узнать, знаешь ли ты Розу. Вижу, что твой ответ – «да», - она снова хихикнула. – Ничего удивительного: все парни от нее без ума.
Я утомленно потер лоб. В это мгновение меня впервые посетила мысль, что идея покинуть кровать и уйти на прогулку была не такой уж и хорошей.
- Ладно, забыли. Так что ты там говорила про своих родителей? Они живут в лесу?
Улыбка медленно сползла с лица Лили, будто смытая дождем. Она открыла рот, собираясь поведать свою горестную историю (сколько подобных мне уже рассказали в сиротском приюте!), когда я поспешно приложил палец к губам:
- Тихо! Кажется, сюда кто-то идет!
Мы застыли, напряженно вслушиваясь в неумолчный шорох дождя. Я молил про себя, чтобы Лиля не подняла шум раньше времени, потому что она явно не уловила никаких подозрительных звуков.
Шаги. Кто-то приближался к нам, шлепая по лужам.
Вряд ли внимание обычного человека привлекли бы эти влажные чавкающие звуки: они успешно скрывались под маской дождя. Я же, привыкший расшифровывать любую мелочь вплоть до шорохов в земле, напрягся до предела. Неужели какой-то ненормальный патрульный все же решил подышать свежим воздухом? Можно представить, какие меня ждут проблемы, если завтра на стол директора ляжет доклад о моих похождениях возле границы!
- Лиля!
Тихий голос человека, пытающегося позвать кого-то и одновременно надеющегося, что его никто не услышит. Девочка, сидящая передо мной, тут же вскочила со своего места, и, как я ни старался ее удержать, высунула свой любопытный нос на улицу.
- Роза, я здесь!
Я шепотом выругался и тут же наклеил себе на лицо улыбку парнишки-дурочка – пустое место на фоне школьной королевы и ее приятелей. Зная богатеньких девчонок-сплетниц, нетрудно догадаться, что слухи обо мне разойдутся по всей школе, так пусть же в них не будет ни слова о том, что я собирался сбежать за стену.
Стоп! Я же сам признался в этом Лиле!
С упавшим куда-то на уровень пяток сердцем я наблюдал, как ее сестра приближается к нам. Роза Соколова. Человек, с которым я за всю жизнь перекинулся едва ли парой слов. Девушка, от которой теперь зависела пусть не моя судьба, но слишком многое, чтобы можно было вот так просто отмахнуться от нее.
Осознавать, что кто-то держит твою жизнь на кончиках своих наманикюренных ногтей – очень неприятное чувство, скажу я вам.
Я внутренне приготовился увидеть перед собой молчаливую высокомерную стерву – образ, вызывавший лютую ненависть у приютских девчонок, но Роза, которая возникла в темном переулке, явилась для меня полной неожиданностью. В первое мгновение я даже не узнал ее. Бледное, осунувшееся лицо. Распущенные волосы, спадающие на плечи мокрыми, спутанными прядями. Платье с огромным жирным пятном на подоле – по всей видимости, домашнее.
Трудно сказать, кого из нас эта встреча повергла в больший шок.
Несколько секунд взгляд Розы перебегал с моего лица на лицо Лили и обратно, и все это время морщинка на ее переносице становилась все глубже и глубже.