Ничего, кроме растущей тревоги за Розу.
У меня нет лишнего дня. И ни единого помощника среди людей – тоже.
- Я иду с тобой, - шепчет Лиля, игнорируя мои неоднократные запреты на чтение мыслей.
- Ни в коем случае. По-моему, мы это уже обсуждали. Если тебе скучно – можешь обследовать заброшенные квартиры. В доме шестнадцать этажей – тебе недели не хватит, чтобы обойти их все.
Я поднимаюсь на ноги и, прихрамывая, направляюсь к крыльцу. Девочка семенит следом за мной.
- Но ты же не справишься один!
Перед тем, как закрыть за собой дверь, я улыбаюсь.
- Справлюсь. И потом – ты даже не в курсе моих планов, так почему уверена в провале?
Лиля остается на улице, бормоча что-то нелицеприятное в мой адрес. Я же поднимаюсь в квартиру и переодеваюсь. Черные джинсы. Серая, мышиного оттенка, рубашка. В крошечном зеркале на стене отражается не человек, а блеклая тень, теряющаяся на фоне тусклых обоев. Идеально! Лучшего образа для того, чтобы превратиться в невидимку, невозможно придумать!
Мои пальцы, когда я начинаю застегивать пуговицы, слегка дрожат, как у невротика, собирающегося на первое в своей жизни свидание.
Ха! Нашел, с чем сравнить! То, что я собираюсь сделать, будет пострашнее десятка свиданий и всех школьных экзаменов вместе взятых.
Впрочем, на последние мне всегда было наплевать.
- Не так уж и трудно было догадаться, - продолжает Лиля, когда я выхожу из дома, будто мы и не прерывали наш разговор. – Ты собираешься побить Олега, спасти Розу и, как сказочную принцессу, привести ее сюда, в свой замок.
Наконец-то фантазии Лили соответствуют ее возрасту, а то впору было заподозрить, что под обликом девятилетней девочки скрывается всезнающая старуха. Однако я испытываю что-то вроде угрызений совести, думая о том, что, когда малышка узнает правду, ее мнение обо мне сильно пошатнется.
- Жди нас через два-три дня, - произношу я, отведя взгляд. – Если же никто не придет – возвращайся в город. Или же нет…. Возможно….
Я замолкаю, напуганный неожиданной мыслью. Что, если Лиле попросту некуда будет возвращаться? Сплошные заросли на том месте, где когда-то стояли дома. Если меня самого к тому времени не будет в живых, кто же, в таком случае, поможет моей маленькой подружке?
Я смотрю на Лину, надеясь заручиться ее поддержкой, но береза делает вид, что не замечает мой взгляд. Выходит, она так и не смирилась с моим решением.
- Деревья подскажут тебе, куда идти, - заканчиваю я, погладив Лилю по голове. – Ты поймешь их без слов - вот увидишь.
Даже если родной город Лили больше не будет существовать на свете, люди на земле еще останутся. И вряд ли они окажутся хуже тех типов, которых все называли ее семьей. Лиля не пропадет без меня. Если кто и способен найти свое счастье, так это она – девочка, идущая наперекор всем в стремлении достичь своей цели. Я в этом почти уверен.
- А что, если… - в голосе Лили звучит вызов. – Я не буду ждать твоего возвращения? Ты не можешь удержать меня здесь. И запретить идти следом за тобой – тоже.
Я, уже ступив под кроны деревьев, оборачиваюсь и качаю головой.
- Хочешь сбежать отсюда? Попробуй! Но не думаю, что у тебя что-нибудь получится.
Я иду дальше, стараясь не обращать внимания на крики, доносящиеся из-за моей спины. Деревья, окружающие поляну, переплели ветви, не пуская девочку за ее пределы. Лиля ни за что не вырвется из импровизированного манежа, как бы ей этого не хотелось.
- Дурак! – выкрикивает она, прежде чем затихнуть окончательно.
Пожалуй, на ее месте я бы подобрал словечко покрепче. По крайней мере, у меня самого в уме их вертится великое множество.
Добираясь к городу по кратчайшему пути, я не особенно утруждаю себя выбором дороги: в этом нет необходимости. Кусты передо мной съеживаются, чуть ли не отпрыгивают в сторону, и тропинка возникает из ниоткуда. Оглянувшись, я вижу позади себя сплошные непролазные дебри. Мышеловка – вот что это такое. Я цел и невредим, пока играю по правилам Аристарха, но, стоит мне передумать – тиски сомкнутся. По сравнению с этим, огнестрельное ранение можно будет считать маленьким неприятным происшествием, не стоящим того, чтобы о нем говорить.
Я ежусь от неприятного ощущения под ложечкой, но тут же беру себя в руки. У меня нет иного выхода, я просто выполняю то, что должен. Так почему же интуиция вопит, как сирена, сообщая о какой-то непонятной мне ошибке? Что я делаю не так?