Щелчок пальцев, взметнулось пламя, мужчина прикурил сигарету.
– Позер.
Пожатие плеч в ответ.
– Ты знаешь, она всегда так делала, а я не могу.
Теперь улыбки затронули лица обоих.
– Он жив.
– Что?
– Ее возлюбленный жив.
– Она знает об этом?
– Я не говорил, а на что способно Хранилище… Только боги ведают.
– Ей должно стать легче.
– Не знаю. Это ведь изменило ее судьбу, первое убийство…
– Но ты же говоришь, что она его не убивала?
– Это неважно. Она то считала что это ее вина, и ей не нравилось быть убийцей. Девушка, которая владеет десекад’эль тгурс не любит убивать, смешно.
– Я не понимаю о чем ты.
– Неважно.
– Почему ты бился в эту стену? Я не стал, понял, что бесполезно, а ты летел и бился, почему?
– Я надеялся до нее докричаться и она любила летать.
– Не говори про нее в прошедшем времени.
– Я не знаю что с ней и какой она стала теперь, Хранилище, это…
– Да-да, я помню, только боги ведают.
Тишина, прерываемая звоном бокалов и плеском остатков коньяка.
– Как думаешь, у тебя получилось, ты докричался?
– Не знаю. В один момент мне показалось… Но нет… Не знаю.
И опять тишина. Вдвоем молчать не так страшно как по одному.
– Ты скажешь мне кем был тот мужчина, с которым она провела ночь?
– С чего ты взял, что я знаю?
– У тебя кровь оборотня, вы всегда чувствуете такие вещи.
– Энн почти за одиннадцать лет проведенных бок бок не поняла. Поражалась моей чуйке и скорости, нюху, кажется, внимания вообще не придавала. Как догадался ты, господин, тайный страж?
– Говоришь как она, господин тайный страж, не люблю, не называй меня так.
– Она никогда не называла тебя по имени.
– Звала, она просто угадала мое настоящее имя. Представляешь, угадала. Я ее чуть не убил тогда. Ее вообще часто хотелось убить. – Речь закончилось гулким рваным смехом.
– Ты пьян.
– Я этого и добивался. Ты скажешь кто он?
Настойчивый стук в дверь, собеседники недовольно переглядываются.
– Кто там? Ты же вроде всех разогнал?
– Сейчас проверим.
Ректор нетвердым шагом подошел к двери и распахнул ее. На пороге стоял принц. Его высочество Дэниэль.
– Что с ней?
– Он.
Голоса прозвучали одновременно. Ард недоуменно оглянулся на прячущего в тени собутыльника, подумал, повернулся и врезал вошедшему по лицу. Удар в отличии от походки был точным. Комната заполнилась хохотом Эда.
– Жива.
Ректор вытолкнул принца за порог и захлопнул дверь.
– Заткнись.
– Вор и тайный страж, смешно, Энн всегда умела довести ситуацию до абсурда.
– Я сказал заткнись. Ты ведь тоже ее больше чем, как сестру любишь.
Рыжий действительно перестал смеяться.
– У меня была сестра, младшая. Она погибла. И ты прав, Энн я люблю, люблю больше чем сестру, но не в том смысле который вкладываешь ты. Она – это все что у меня есть, то, что меня держит и не дает сорваться.
– Это потому, что оборотень. Вам всегда нужна стая, иначе крыша едет. А ты и вовсе как бездомный пес, прибился…
– Я не пес.
– Ну лис, а толку то, бегал вокруг нее все равно как верная собачка.
– Вот только ко мне не ревнуй.
– Да пошел ты, – несколько глубоких затяжек, – еще выпьем?
– Да.
– Ты оборачивался?
– А вот теперь ты иди куда подальше. Таких вопросов в приличном обществе не задают. – Эд смотрит хмуро, выпивает бокал залпом, кашляет. – Расскажешь, что знаешь?
– Да. Будем считать, что я так обеспечиваю покой мирным гражданам. От необученных оборотней куча проблем. Их приходится ловить и уничтожать, не хочу.
Среда, 9:05, 2 декабря, 413 год;
Среди корреспонденции и бумаг тоненький конверт, в нем небольшой клочок бумаги.
Я жива, все нормально. Принеси записку к камню, там подробные письма.
Два мужчины идут шаг в шаг, все ускоряясь. Камень, когда к нему приложили записку раскололся, в разломе лежит несколько конвертов. Пальцы нервно тянутся к письму, не получается даже прикоснуться. В руки дался только один конверт, остальные очевидно не для него. Полонд подошел и забрал все. Камень с тихим скрипом захлопнулся, как огромная шкатулка, будто и не было ничего.
– Она, наверно, решила что ты точно здесь будешь и сможешь всем передать.
– Да, наверно.
– Откроешь?
– Да, потом.
Эдвард отвел все пары, периодически прощупывая пухлый конверт в кармане. Он отчего-то дико злился. Если она оставила подробное письмо, значит готовилась заранее. Готовилась и ничего ему не сказала. Решил открыть письмо вечером. Если что, у него будет возможность просто спокойно его прочитать и не пытаться весь день контролировать эмоции. Хотя он и сейчас их не очень контролирует. Две студентки доведенные до слез и заикающийся пацан со старшего курса. А если нужно срочно бежать к ней на помощь, бросив все? Это если ей нужна помощь. Интересно, а Полонд уже прочитал?