Предметники испытывают это каждый раз. Умирают и возрождаются вплетая нить движущейся в формулу. Не знаю, как им это удается и до какой степени нужно довести самоконтроль чтобы удержать нить в такой момент. Официально считается что им проще, силы почти нет. Выгорают они, выстраивая путь, восстанавливаются, взяв нужную нить. Но в официальных источниках нет ни слова про невероятный миг единения с миром. Есть только про боль от выхода в ноль и радость от восстановления. И эта информация так же далека от правды как и восхваления поэтов.
Я думаю, предметники наркоманы. Самые страшные и плотно сидящие на своей дозе наркоманы. Поэтому и производство так быстро налаживается и семей у них обычно нет, им просто это не нужно. Если бы я могла повторить, я бы повторила, даже пробовала. Но не смогла уйти ниже пяти процентов от резерва, это как самоубийство, путем отрезания от себя кусочков, теоритически возможно, но сложно выполнимо. Маги не расходуются в ноль, наверно поэтому мы до сих пор еще и существуем. А предметники могут, им не нужно резать себя по кусочкам, достаточно одного удара. Низкий резерв имеет свои плюсы. Но это, конечно, только для тех, кто сумел пройти обучение и создание первого магпредмета. Статистика беспощадна, только семь процентов поступивших становятся практикующими предметниками. Для остальных бада-бум. Справедливости ради, не все умирают, часть просто отчисляются не выдержав нагрузки или так и не приступают к практике. Но оставшимся семи процентам я завидую.
Размышления и параллельное восхваление того самого камня прервали шаги за спиной.
– Далеко же ты забралась.
Кгрыл! Он то что тут делает?
– Доброе утро Дэниэль.
– И тебе не хворать.
– Ты меня преследуешь?
– Ты от меня скрываешься?
– Нет, я бегаю. Я по утрам всегда бегаю и тебе, видимо, кто-то об этом любезно сообщил.
– Пока у меня складывается впечатление что бегаешь ты от меня и не только по утрам.
Я действительно избегала его как могла с момента поцелуя в коридоре. Не до того мне было, чтобы еще и с проблемой его странного дара разбираться. Попросила Алю отвечать всем, что меня нет в комнате, а зная ходы академии, уклоняться от встречи в коридорах, было не сложно. Пришлось правда выучить его расписание и изменить время приема пищи, но это, можно сказать малые жертвы. В тот, к счастью единственный раз, когда он поджидал меня у аудитории, вышла вместе с профессором, задавая какие-то совершенно идиотские вопросы. Чем немало удивила, так что побег мне стоил доклада по истории мира. Понятно было, что это ненадолго и вопрос придется как-то решать. Но я не думала что так скоро.