Не снимая старых амулетов, которые уже начали увядать с того момента, как их повесил Орфей, Рея повесила два новых по углам крыльца, но побоялась подходить слишком близко к краю. Она не знала, где он вешал остальные, но догадывалась, что с другой стороны дома, а выходить за пределы крыльца она наотрез отказалась.
Еды в доме не было, она лишь допила остатки воды. Затем Рея свернулась калачиком в постели, накрыв голову шкурами и крепко сжимая меч, которым защищала Орфея на улице.
— Запах человека такой свежий, такой манящий. Будет приятно рвать твою кожу. Ты будешь кричать?
Они всегда крутились вокруг той комнаты, где она находилась. Теперь она знала наверняка: Орфей не лгал. Его заклинание развеялось, и теперь они чувствовали её запах. Если она была в спальне — они толпились там. Если уходила на кухню или уборную — они следовали за ней.
Ей хотелось спрятаться от Демонов, почувствовать себя в безопасности. В голову пришло только одно решение.
Рея не колебалась ни секунды.
Глава 14
Орфей проснулся рывком. Зрение прояснилось, позволив различать вокруг, — он лежал почти распластанным на животе.
Где я?
Он огляделся и сразу узнал: его спальня, знакомые очертания.
Что произошло?
Ответа не было — одних мыслей было недостаточно, чтобы восстановить память. В поле зрения ворвался белый свет, когда мышцы у него напряглись.
Где Рея?
Он не знал, как оказался здесь, почему спал так долго. Но одно он знал: она уже убегала прежде.
Ушла ли она, пока я был без сознания?
Что-то шевельнулось под его рукой и боком, не давая вскочить и кинуться на поиски. Он приподнял руку и заглянул под неё — и в тот же миг тело под ним заёрзало, переворачиваясь на спину, едва он освободил место.
— Рея? — спросил он.
Жёлтый проступил в глазах, когда в нём поднялось смятение. Он видел: она обеими руками сжимала меч, лежащий на постели перед ней. И она лежала вместе с ним — под ним и мехами, тогда как он сам лежал сверху.
Орфей не мог понять почему.
— Ты наконец проснулся, — сказала она тихо, голос её был хриплым, надламанным. — Ты спал два дня.
Так долго?..
Но и это не давало ответов на остальные вопросы.
— Почему… — начал он, но замолчал, не уверенный, стоит ли задавать то, что крутилось в голове.
Если ответ заставит её уйти?
Сейчас она была так близко — тёплая, мягкая, рядом.
— Почему ты лежишь со мной?
Она смотрела на него, пока он, опираясь на ладонь с другой стороны, нависал рядом, оставляя ей место. Ему почти хотелось снова лечь — чтобы она не смогла выскользнуть.
— Демоны царапались в стены и пытались проникнуть внутрь, — сказала она.
Он заметил: она бледнее обычного, под глазами — тёмные круги, а обычно блестящие волосы спутались в клубок.
— Они чувствовали мой запах. Я… я подумала, что поможет, если я буду лежать под тобой, чтобы скрыть его. Как ты сделал в первый раз, когда принёс меня сюда под плащ.
Она отвела взгляд и осмотрела комнату, как будто не решаясь встретиться с ним глазами:
— И рядом с тобой мне было безопаснее.
Она чувствует себя в безопасности со мной?..
Её слова затихли, когда он услышал шум у окна. Плотные занавеси — обычно открытые — были задернуты. Она закрыла их, чтобы не видеть демонов, ползающих вокруг дома. Он слышал их и чувствовал запах — их было много, но они были рассредоточены, а не скопившись плотно у стен. Она оказалась права: спрятавшись под ним, она скрыла большую часть собственного запаха.
— Как я оказался здесь?
Последнее, что он помнил — он рухнул за пределами соляного круга.
— Я притащила тебя сама. — Она перевернулась к нему. — И ты, между прочим, пиздец какой тяжёлый. Это заняло у меня вечность.
Орфей фыркнул в смешке — она была абсолютно права.
Маленькая человеческая женщина… она точно тащила его по земле, ведь поднять она бы его не смогла. То, что она вообще смогла — поражало. Его недавняя буря эмоций и мыслей утихла после столь длинного сна, но разочарование от того, что она убежала, всё ещё таило горечь. Он почти утратил искру надежды.
И всё же её близость — то, что она лежала рядом, что сказала, что чувствует себя рядом с ним в безопасности — наполняло его радостью и облегчением.
— Ты в порядке? — спросила она и протянула руку, чтобы коснуться его груди.
Тьма залила его взгляд, когда её пальцы прошлись по меху на верхней части его груди. Пёрышковые прикосновения к выступающим рёбрам вдавили в него волну удовольствия. Зрение рванулось к белому — резкий всплеск.