Теперь было ещё хуже, ведь она больше не видела его. Только Демонов, слышала их вой вдали.
Я больше не хочу бодрствовать, — подумала она после того, как поела. — Может, проснусь — и станет легче.
Рея легла в постель, уставившись в потолок, прижимая ладони к низу живота, чтобы облегчить боль. И постепенно уснула.
Она ожидала проснуться утром, но знала, что ещё глубокая ночь, когда почувствовала, как что-то колышется над её лицом…
Густой запах дымного красного дерева и сосновой хвои пробился сквозь туман сна, и, медленно приходя в себя, она задалась вопросом: не снится ли ей это — это пьянящее чувство жара, окутывающее её со всех сторон.
Когда веки наконец дрогнули и открылись, в комнате было темно, если не считать слабого красного отблеска. Рея не ошиблась: ни в этом жаре, ни в запахе, ни в ощущении дыхания, щекочущего лицо. Орфей навис над ней на четвереньках, и по красному свечению его глаз она поняла — он здесь не для нежностей.
— Никак не можешь сдержаться, да? — Она почти рассмеялась.
Рея осознавала реальность ситуации — она в опасности, но ноющая пустота в груди говорила о правде её чувств. Я скучала по нему. И даже несмотря на то, что он нависал над ней, приоткрыв пасть и приближая клыки, она не могла не чувствовать облегчения от того, что он рядом.
— Нет, — ответил он, и голос его был искаженным, напряженным и рычащим.
— Ты собираешься меня съесть, Орфей?
Она смотрела прямо на него, не отводя взгляда и не сжимаясь от страха, когда его челюсть медленно раскрылась над её шеей.
— Да.
Он придвинулся еще ближе, прижимаясь ртом к её коже, пока она не почувствовала, как четыре длинных передних клыка скользят по бокам её шеи.
— Ну, ладно тогда.
Она всё равно ничего не могла сделать, чтобы остановить его. Но странное дело: ей казалось, что он этого не сделает. Её вера в него, вероятно, была неуместной, даже глупой, но в тот момент она была слишком рада его видеть, чтобы беспокоиться.
— Ты не боишься?
— Нет. — Рея обвила руками его шею, обнимая его и невольно подтягиваясь еще глубже в его раскрытую пасть. Она почувствовала, как зубы впиваются в кожу, когда челюсти начали сжимать её шею. — К тому же, если ты это сделаешь, боль, наверное, утихнет.
Давление перестало нарастать, он словно замер.
— Тебе больно?
— Немного. Живот болит. — Эта боль была с ней постоянно, пульсирующая и изматывающая.
— Почему болит?
— Не знаю, просто болит. Большинство женщин чувствуют себя так в это время.
Его клыки ослабили хватку, но он не отпускал её. Она гадала, что именно отвлекает его: её объятия или этот разговор.
— Я могу как-то облегчить твои страдания?
Слабая улыбка тронула её губы; она не могла сдержать вихрь эмоций, поднимавшийся в груди. Даже в безумии он всё равно хотел, чтобы ей было комфортно.
— Я думала, ты собираешься меня съесть. — Она подняла руку и накрыла ладонью его затылок, поглаживая вниз от спиралевидных рогов к шее, где рос длинный мех. — Почему ты медлишь?
— Потому что я не хочу.
— Тебе так легче? — спросила она, продолжая ласкать его.
— Да. — Он начал отстраняться, и Рея дала ему ровно столько места, чтобы он мог закрыть пасть, прежде чем снова обхватить его за плечи. — Близость к тебе помогает.
— Разве это не должно быть труднее, Орфей?
— Да. Я чую твою кровь, но твои прикосновения удерживают голод. — Затем он опустился ниже, просовывая руки под неё, чтобы крепко обнять. — Моя воля сильна, я не хочу причинять тебе боль, Рея.
Его голос возвращается в норму, подумала она, и её улыбка стала еще шире.
— Хочешь полежать со мной?
— Не думаю, что это мудро. Я не знаю, как долго смогу сохранять контроль, находясь так близко к тебе прямо сейчас.
— Пожалуйста? — Она притянула его крепче. — Ты такой теплый, и от этого моя боль уходит.
Его рука лежала на её пояснице, и её жар унимал ноющие спазмы до такой степени, что она почти перестала их чувствовать. Это мимолетное облегчение стоило любого риска.
— Я бы хотел остаться с тобой, — сказал он, уткнувшись мордой в её подчелюстную выемку. Она задрала голову, давая ему свободу действий. — Но мне придется уйти, если я почувствую, что теряю контроль. Спасибо, что успокоила меня.
Удивительно, что это сработало.
Рея запустила пальцы в его мех и потянула его на кровать рядом с собой. Она повернулась к нему, прижимаясь к его груди; его голова покоилась над её головой на подушке, которую они теперь делили на двоих.