— Да, сложноватая ситуация.
— С самого начала я подумал обратиться к архангелу Михаилу. Ведь это он самый сильный ангел из всех, кто в своё время одолел самого Люцифера и сбросил его в огонь. Справиться с Вельзевулом для него не составило бы труда. Кстати, помнишь Астарот сказал, что явился к нам вопреки запрету и указал рукой на окно?
— Да, на улице ещё чуть ли не шторм разразился.
— Так вот, архангел Михаил в исламе это Микаил, достойнейший из ангелов и отвечает он согласно Корану за погоду!
— То есть…
— Именно! Архидемонам запрещено находиться на земле и шторм был предупреждением герцогу от архангела Михаила. Сам подумай, почему Астарот ушёл? Причём добровольно, по собственной воле. Ведь если Ад это тюрьма, то он должен был быть рад избавлению от него. Но едва ли можно радоваться, если по тебе грозит ударить сильнейший из ангелов, не находишь?
— Постой, — сощурился Дилан, — если архидемонам запрещено быть на земле, почему Михаил не выбил отсюда Вельзевула?
— А кто сказал, что он тут? — вопросительно приподнял бровь Кельвин, — ты разве его видел? Или ты думаешь, что та мелкая муха это и есть сам Князь Ада?
— Так кто же тогда пытается нас убить?
— Вельзевул, — как само собой разумеющееся ответил Кельвин.
Дилан с секунду смотрел ему в глаза, затем схватился руками за голову и застонал. Он в конец перестал что-либо понимать, даже не понимая, в какой именно момент он перестал что-либо понимать. Всего пару дней назад он размышлял о решении гипотезы Пуанкаре, а теперь вокруг были какие-то Вельзевулы и Михаилы...
— Ты просто не слушаешь, — поджал губы Кельвин, продолжив печатать на ноутбуке, — и как ты вообще смог продвинуться в точных науках с напрочь отсутствующим аналитическим мышлением?
— Во первых, в точные науки не входит наблюдения за демонами и ангелами по десятое колено, - с готовностью отозвался парень, — а во вторых, как у человека эрудированного и образованного, у меня присутствует мышление критическое, отказывающее принимать всю ту чушь, что происходит вокруг нас.
— Пф, — фыркнул Кельвин. — Что есть критичность, если не ограниченность? Человек должен быть открыт для всего необычного, что заходит намного дальше привычных вещей и пониманий, иначе жизнь становится серой и скучной. Достаточно глянуть на твою вечно кислую рожу.
— Конечно, куда лучше подпрыгивать от каждой жёлтой статьи в интернете об очередном тайном заговоре и шёпотом рассказывать людям о реальности существования иллюминатов, — не остался в долгу Дилан, голос которого так и сочился сарказмом.
— Они, между прочим, и в правду существуют, — усмехнулся темноволосый парень. — Тебе стоило бы прочитать "Ангелы и Демоны" Дэн Брауна, который ты проигнорировал по своей ограниченности, сочтя это дешёвой прозой. А это серьёзный научный детектив.
— Серьёзной эта книга может быть разве что для тебя и твоих гуманитарных мозгов, а в тех книгах, которые читаю я, ты даже вступления не осилишь.
— Вынужден с тобой согласиться, так как те бульварные романы, что ты прячешь по ночам под подушкой, я и в правду не осилю. Слишком высок градус ванили, — ухмыльнулся Кельвин, вспоминая как однажды будучи у него в гостях, обнаружил на его кровати экземпляр "Одиночество в сети" Вишневского.
— ДА Я ЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО ЭТО НЕ МОЯ КНИГ... — начал было возмущенно отвечать Дилан, но вдруг весь поник и откинулся на стул, опустив голову.
Это была книга Рэйчел.
Кельвин тоже об этом вспомнил, поняв, что совершил ошибку.
— Прости, я не...
— Ничего.
Это небольшая перепалка вернула их на короткое время к тем моментам, когда ещё всё было хорошо и им доводилось часами соревноваться между собой в остроте речи. Когда рядом был Гарет, а Рэйчел, весёлая и беззаботная, бегала вокруг них, дразня и показывая язык. Тогда всё воспринималось как должное, никто не понимал, что вот эти самые минуты лучшие в их жизни. Теперь же.
— Так что нам делать, Кэл? — не поднимая головы, глухим голосом спросил Дилан.
Кельвин крепко закрыл глаза, стараясь выбросить из головы всё лишнее, выбрать то, что нужно, найти ответ.
— Малик, - спокойно сказал он спустя минуту, открывая глаза — ангел, который не улыбается. Мы обратимся к нему.
— Как? Опять ритуал вызова?
— Нет, — задумчиво ответил Кельвин, - ангелов нельзя призвать или договориться, их можно лишь попросить.
Дилан молчал, ожидая продолжения.
— Мы с тобой, мой друг, отправимся туда, куда нам ещё не доводилось ходить. В мечеть.