– Да, издеваюсь, чтобы ты не докучала мне глупыми расспросами. Если не устраивает, могу применить иглу.
Тина посмотрела на адепта, заметив на его губах легкую, едва заметную ухмылку, и сокрушенно покачала головой.
– Твое чувство юмора отвратительно, Закария.
– У меня его в принципе нет. Я говорил вполне серьезно, – парировал он.
– Хочешь чай? Я испекла печенье.
В одно мгновение привычная сосредоточенность на его лице сменилась растерянностью, даже испугом. Он выглядел так, будто ему предложили нечто страшное и неизведанное.
– Чай? – оторопело переспросил Закария.
– Ну да, попьем вместе чай. – Тина поразилась собственной смелости, но тут же пожалела об этом. Она была уверена, что он откажется и сделает это, как всегда, в грубой форме.
– Я хочу чай, – неуверенно пробормотал Закария, смутившись сильнее Тины. – С печеньем…
– Хорошо. Тогда проходи.
Она открыла дверь в покои. Пространство озарял свет пламени, исходящий из маленького камина. Норы уже не было – сегодня она работала в ночь.
Тина отошла к стене, пропуская внутрь Закарию.
– У вас уютно. – Взгляд адепта, казалось, изучал каждую деталь в комнате.
– Спасибо.
– Это твое место. – Он указал на аккуратно застеленную кровать сбоку от двери, на которой не было ничего, кроме корзинки с вязанием, в отличие от соседней кровати у окна, где лежали разноцветные подушки, старая тряпичная кукла и книга с потрепанным корешком.
Тина кивнула и подошла к камину. Набрала в чайник воды и повесила на железную перекладину над огнем.
– Не стесняйся, бери стул и присаживайся. – Она подошла к столу, расположенному между кроватями, и начала доставать из навесного шкафчика кружки и ложки.
Закария тем временем снял обувь, повесил куртку на гвоздь у двери и прошел к столу. На нем была надета облегающая черная кофта с рукавами до локтей, и, увидев его худые, но жилистые и сильные руки, покрытые черными узорами, Тина тяжело сглотнула.
Он сел на табуретку и, прислонившись спиной к стене, посмотрел на Тину изучающим взглядом.
– Ты часто бываешь на кухне у Поппи. Я не раз видел, как ты возилась с тестом. Тебе это нравится?
Тина вытащила с полки тарелку с ароматным печеньем и поставила в центр стола.
– Да, меня это успокаивает. И я люблю запах выпечки.
– Я тоже, – тихо отозвался Закари.
Когда вода закипела, Тина заварила травяной чай и разлила его по чашка. Затем заняла место напротив Закарии и взяла одно печенье. Адепт последовал ее примеру и надкусил хрустящее сладкое тесто.
– Тут есть изюм? – растерянно спросил он с набитым ртом.
– Да. – Тина нервно пригладила волосы. – Забыла сказать. Ты не любишь изюм?
Закария медленно жевал печенье, стараясь тщательно распробовать вкус, но потом запихнул остатки в рот и сделал большой глоток обжигающе горячего чая.
– В усадьбе моего отца был виноградник, – тихо поведал он и взял с тарелки второе печенье. – Я терпеть не мог свежий виноград. – Его глаза заволокло пеленой воспоминаний, а на губах появилась грустная полуулыбка. У Тины перехватило дыхание от того, настолько красив он был в это мгновение.
– Мама часто пекла печенье, и ни одна служанка не могла приготовить его так же вкусно, как она, – продолжил он незнакомым дрожащим голосом. – Она всегда добавляла в тесто изюм, а я даже не догадывался, что изюм – это высушенный виноград. Мы собирались всей семьей под навесом из виноградника и пили чай с маминой выпечкой. И я, уплетая за обе щеки печенье с изюмом, смело утверждал, что от этого виноградника только одна польза – под ним можно спрятаться от солнца. Все надо мной посмеивались, а я не понимал почему… Этот виноградник сожгли вместе с домом враги отца, после того как убили всю мою семью.
Взгляд Закарии ожесточился, и он сжал руку в кулак. Раздался тихий хруст, и на стол посыпались мелкие крошки. Он вздрогнул и нахмурил брови, увидев, что сотворил с печеньем.
– Ничего страшного, – спохватилась Тина и, взяв тряпку, смела в руку крошки. Когда она склонилась над столом, их взгляды встретились. Между ними было всего несколько сантиметров, и Тине стало труднее дышать.
– Я давно ни с кем не пил чай, – сказал он, не отрывая от нее тяжелого взгляда. – Тина Эйнар…
– Ты можешь приходить в свободное время, я всегда тебе рада, – ляпнула она, не подумав, и почувствовала, как все внутри сгорает от стыда.
– Ты слишком добра ко мне.
Они продолжили пить чай в тишине. Закария с аппетитом поедал одно печенье за другим, а у Тины на языке крутился один вопрос, который она все-таки, набравшись храбрости, задала:
– Тебе обязательно становиться Мастером теней, чтобы отомстить за родных?