И Тедди с Каем перебросили друг другу ключи, обменявшись машинами.
– Пошли.
Кай схватил Лилит за запястье, прикрывая ее своим широким телом, усадил в серебряное купе Тедди.
Сев за руль спортивной машины, он коварно рассмеялся, поняв, что их так никто и не заметил.
– Как думаешь, через сколько они поймут, что ты пропала и кто тебя похитил?
Лилит громко и звонко рассмеялась.
– Так это похищение, Кай Риванс?
– А ты хотела ехать в битком набитой машине, зажатой со всех сторон похотливыми самцами? – улыбнулся Кай.
– Так значит, ты меня спас? – обернулась она к нему в пол оборота.
– Считай, что так.
– А ты случаем не похотливый самец?
Кай рассмеялся, зажимая зубами зубочистку.
– Я – ни в коем разе.
– Ну, притворимся, что я поверила, – Лилит уселась ровно, смотря в окно на пролетающие мимо фонарные столбы.
– Почему «притворимся»? – с любопытством смотрел он на нее.
– Ты много знаешь про фей.
Он кивнул.
– И знаешь, что межвидовые отношения невозможны.
– Есть исключения. – просто пожал он плечами.
– Ты про «истинную пару»? – пренебрежительно фыркнула Лилит. – Это все мифы.
– Как сказать, – загадочно улыбнулся он.
– Я вижу твой взгляд. Я чувствую твои мысли. Твоя аура меняет цвет. Пока не поздно, выкинь эти мысли из головы, Кай Риванс. Ни к чему хорошему это не приведет.
Он промолчал, но посмотрел на нее загадочным, глубоким взглядом, словно укрывал ее своей энергией, пытаясь подарить чувство безопасности.
Остаток пути до ее дома они ехали молча. Он проводил ее до самой квартиры, хоть она и сопротивлялась.
– Спокойной ночи, Кай Риванс.
– Спокойной ночи, темная фея.
И пока она медленно закрывала дверь он продолжал стоять на лестничной площадке и смотреть на нее.
***
После того как Кай отвез Лилит домой, он ехал по пустынной широкой магистрали города, полностью погрузившись в свои мысли.
Она явно зацепила его. Он определенно что-то к ней чувствовал. Маленькая фея задела его сердце. Этого Кай отрицать не мог, да и не хотел. Ни одна женщина ранее так не будоражила его.
Его тело – да, оно откликалось на многих красивых женщин. Но его душа вздрогнула впервые. Впервые с момента смерти матери его сердце раскрылось и жаждало впустить туда кого-то. Не кого-то, а одну конкретную, маленькую фею.
Он попался на крючок в тот самый момент, когда впервые увидел ее в гостиной Фила. Внешне такая маленькая и хрупкая, но та сила духа, что скрывалась внутри, поражала своими масштабами. Он чувствовал эту силу, чувствовал и желал прикоснуться к ней.
Несколько минут ему потребовалось, чтобы принять для себя одно важное решение – сделать Лилит Мидоу своей. Даже несмотря на то, что она темная фея, а он… не совсем человек.
А это значило, что ему нужно закрыть еще один насущный вопрос. И Кай резко развернул машину, нарушив пару-тройку дорожных правил, и помчался в противоположном направлении.
Арик уже готовился ко сну, как раздался дверной звонок.
Подойдя к двери, он даже не стал смотреть в монитор камер видеонаблюдения, заведомо зная, кого увидит на пороге.
Спрятав лукавую улыбку, Арик открыл дверь, и друзья скрестили ледяные взгляды.
– А я все думаю, когда же ты примчишься, – сдержанно произнес Арик.
– Спрошу один раз. Наша дружба под угрозой?
– Нет, – не задумываясь, ответил Арик.
– Что бы ни случилось? – сузил глаза Кай.
– Что бы ни случилось.
– Хорошо! – облегченно выдохнул Кай и, засунув руки в карманы, отвел непринужденный взгляд в сторону. – Ведь когда она станет моей, а ты останешься за бортом, я вышлю тебе пачку носовых платочков.
– А ты так уверен в том, что она станет твоей? – весело возмутился Арик.
– Несомненно, – просто пожал он плечами.
– Ну давай тогда только честно! Без ваших колдовских штучек! – погрозил пальцем Арик.
– Ну это уже как получится! – загадочно протянул Кай.
– Эй!
– На войне все средства хороши, друг мой. Если будет нужно… я не только к колдовству прибегну.
Ровный, сдержанный, но твердый взгляд Кая не оставлял ему сомнений в том, что он сдержит свое слово. Но Арика Матьюза это не очень-то и пугало, ведь у него был свой план, которому он четко собирался следовать.
***
Приехав домой, Лилит приняла душ, переоделась в любимую домашнюю футболку, заварила чай, распечатала очередной леденец и погрузилась в воспоминания.
Усевшись на широкий, низкий подоконник, она невидящим взглядом смотрела на огни ночного города. Фиалковые глаза блуждали по окнам соседнего здания, по дорожным магистралям, огням фонарей, но не видели всего этого.
Впервые за много лет она погрузилась в прошлое, в день, когда она потеряла все и стела изгнанницей.