Райан сидел впереди вместе с Энцо и переглядывался с ним встревоженными, печальными взглядами. Изредка он оборачивался назад, чтобы выяснить, как обстоят дела.
Тедди не отводил глаз от Кая. По словам Риванса, между ними уже была связь, еще не окрепшая, тонкая, неосязаемая, но была. А это значило лишь одно: не станет ее – не станет и его.
– Ли. Живи. Не смей уходить. Ты должна мне, Ли. Ты помнишь? Ты должна мне желание. А Лилит Мидоу всегда отдает долги!
До портала оставалось всего ничего, как тихо лежавшая до этого Лилит начала содрогаться и хрипеть.
– Что происходит?! – в панике орал Кай, держа на руках трясущееся тело. – Картер, мать твою, что происходит?!
– Предсмертные судороги, – тихо сказал Фил и обреченно посмотрел на стратега.
– Нет! Нет-нет-нет! Ли! Нет! – заорал он ей в лицо и крепче прижал к себе. – Парсон, жми!
– Жму я! Жму! – визгом от паники ревел Энцо.
Они въехали в портал. Как только колеса черного фургона коснулись бетонного покрытия огромного подземного помещения, центрального офиса Верховного Правительства, Лилит последний раз вздохнула, затихла и обмякла.
– Ли?! Ли?! – потряс ее Кай.
Но она лежала в его руках, словно тряпичная кукла, не дыша и не шевелясь.
– Кай, это все! – обреченно прошептал Фил.
Мир Риванса пошатнулся, потемнел и перевернулся. К горлу подступил желчный комок тошноты, а в глазах потемнело.
Прижав ее к себе как можно сильнее, он вылетел из фургона и помчался в сторону лифта.
– Габриэль! Габриэль! – орал он не своим голосом.
Парни рванули за ним. Кай отказывался принимать поражение, не верил, что вот так просто мог потерять ее.
На пути в лабораторию он продолжал горланить имя начальника, который уже поджидал их.
– Клади ее на стол! – резким тоном велел он.
В кабинете, в который Кай принес Лилит, был лишь один хирургический стол и яркие лампы. Сама комната была стерильно-белого цвета. Посреди белоснежного пространства Габриэль в своем черном костюме выглядел как жнец, приходящий за душами. От такого сравнения в животе у Кая взорвалась бомба, выбрасывая сотни острых игл, пронзающих внутренности.
– Она не дышит. Не дышит! – в панике рвал он на себе волосы. – Сделай что-нибудь! Верни ее!
– Тихо! – властным голосом прервал истерику Габриэль.
Он подошел к окровавленному, разорванному телу феи и внимательно осмотрел ее.
– А теперь сосредоточьтесь и скажите: когда вы вошли в портал, она была жива?
– Она… она…она… – Кай не мог сосредоточиться.
В его голове была каша, в ушах стоял дикий гул от приливающей крови, и он, в принципе, плохо соображал.
– Она была жива, – ровно ответил Фил.
– Точно?
– Абсолютно.
Габриэль тяжело и устало выдохнул. С укором посмотрел на тело Лилит, подошел к ней, погладил по голове и выдал:
– Может, хватит дурака валять? Они же сейчас тут в обморок попадают. А Риванс так вообще разумом тронется.
Все застыли от шока.
Габриэль отошел, и тело Лилит воспламенилось ярким, алым пламенем. Через несколько секунд пламя погасло также резко, как и появилось, а на столе…
На столе, в коконе из своих крыльев, сидела живая, целая и невредимая Лилит. Ее длинные, цвета мокко волосы струились по обнаженной спине до самой поясницы. Огромные крылья прикрывали обнаженное тело, и на них не было ни следа ни от старых шрамов, ни от новых.
Левое крыло чуть качнулось и медленно начало опускаться. Из-под полуопущенного крыла на ошарашенный отряд весло и с капелькой стыда смотрели огромные фиалковые глаза, обрамленные пышными черными ресницами.
Взъерошенный Кай молча и, не дыша, смотрел на нее. Смотрел и не мог поверить, что все это было лишь представлением.
– Находясь в критической близости к смерти, феи способны перерождаться, как феникс, – пояснил Габриэль. – Но! Если бы она сделала свой последний вздох на Зартане… Мы бы ее уже не вернули.
Это уже смягчало наказание. Для всех. Но не для Кая. Он продолжал смотреть на нее, чувствуя глубокую боль от глупой шутки, которая чуть не уничтожила его. Ведь он думал, на одну секунду, но был уверен, что она умерла. И та боль, которую он пережил в тот момент, была просто неописуема и разрушительна. А она, просто смеха ради, заставила его пройти через весь этот ад.
Не сводя с нее глаз, он молча попятился назад, также молча развернулся и вышел.
– Кай! – попыталась остановить его Лилит, поняв, что зашла слишком далеко. – Кай!
Но он ушел, даже не обернувшись.
– Это было жестоко, Ли! – обиженно пробурчал Энцо.