Возвращаясь в четверг домой от Бет, Ава бережно несла в руках огромное печенье, посвящённое бейсболу.
– Ты съешь это наконец? – спросил я.
– Нет. Такое не для еды. Я оставлю как украшение.
– Ты повесишь еду на ёлку? – было странно, ведь до Рождества оставалось пять месяцев. – Что ж, остаётся надеяться, что оно не рассыплется до праздника.
Ава хихикнула.
– Я собираюсь его сохранить, глупыш.
– Ну, муравьям будет на это абсолютно всё равно. Серьёзно, как ты собираешься спасти печенье от них?
– Я же учёный, – заявила Ава. – Придумаю что-нибудь.
Вспоминается огромный научный проект по гидропонике, который Ава сделала с папой. И я понял, что она говорит честно. Никогда раньше не видел, чтобы так много растений росло без почвы. Если есть способ сохранить печенье до конца своей жизни, Ава попытается его найти.
– Я верю в тебя. Но если вдруг передумаешь, скажи мне. Я съем его.
– Уверена, это не последнее печенье. Ты ведь присоединишься к команде?
Я вспомнил о Бето и Майке. Мне стало интересно, как они отнеслись к тому, что будут играть без меня. Мы не говорили об этом. В основном мы просто придирались друг к другу. Бето, например, мог легко отбросить мяч далеко с левого края поля, но он плохо бегал. Майк же был отличным бегуном. Но за всю жизнь сделал не больше пары хоумранов.
– Так что? – спросила Ава.
– Я не уверен. Не могу решиться.
Ава остановилась и повернулась ко мне.
– Ну давай же, Джеймс. Ты должен присоединиться к их команде. Джек и остальные рассчитывают на тебя. Теперь они наши друзья. К тому же быть в команде здорово.
– Да ты что? – уточнил я, ведь мы уже поговорили о команде с Джеком, пока Ава болтала с Бет и Стефани перед сегодняшней игрой.
Сестра в ответ лишь закатила глаза.
– Да, – сказала Ава, – Бет и Лори рассказали, что у них есть много крутых мероприятий для сбора средств на униформу. А Стефани сказала, что у них даже есть плот для весеннего парада! Это же шикарное место, Джеймс. Как ты можешь сомневаться?
От энтузиазма Авы мне захотелось улыбаться. Орегон ей правда понравился. Взгляд упал на гигантское бейсбольное печенье в её руке. Угощения после каждой тренировки, карнавальный киоск, мытьё машин и плот на весеннем параде – всё и вправду звучит заманчиво.
– Это и правда классное место? – спросил я, и сестра с улыбкой кивнула. – Хорошо. Я подумаю.
Когда мы вернулись домой, я пошёл в свою комнату переодеться. Сняв ботинки, убрал их в шкаф и повернулся, чтобы разложить на кровати спортивную сумку. Внезапно сильный ветер ворвался в комнату.
Интересно. Не припомню, чтобы я оставлял окно открытым.
Я пробежал через комнату, чтобы закрыть его, но рама застряла, и пришлось приложить усилия, чтобы опустить её до конца. Когда я поправил шторы, вернулся к столу и достал один из бейсбольных журналов. Но рука так и повисла в воздухе, ведь внимание моё привлёк квадратный, будто старинный, конверт, лежащий на клавиатуре.
Странно. Не припомню, чтобы когда-то видел такой.
Как же я не заметил? Он лежал на видном месте, прямо передо мной. Но откуда?
Почему-то волосы на руках встали дыбом, и я энергично потёр предплечья, чтобы избавиться от мурашек. Это необъяснимо, но странное чувство, что я не один, пронеслось в голове. Я осмотрел комнату в поисках того, что могло вызвать мурашки на теле.
Но никого не было.
Потому что я один в комнате.
Что ж, я протянул руку и взял этот увесистый конверт. Бумага необычная. Она выглядела так же, как экспонаты в музее. Я попробовал текстуру кончиками пальцев и посмотрел на надпись на конверте.
ДЖЕЙМС ЭНТОНИ МАКНИКОЛС
Моё имя. Крупно и жирно выведенное чёрными чернилами, написано каким-то старинным почерком. Будто из средневековья. И когда я повернул конверт, то увидел, что он скреплён настоящей сургучной печатью, поставленной сзади.
Приглашение, что ли? Я удивлённо и осторожно прошёл кончиками пальцев по странной печати и обрисовал эмблему – четыре крошечных треугольных символа вокруг крупного пятого символа, расположенного в центре.
Я осторожно попытался оторвать печать. Но она была хорошо прикреплена, поэтому пришлось дёрнуть сильнее. Печать немного поддалась, так что я продолжил тянуть, оторвав её от конверта одним движением. Получилось. Я открыл конверт.
Письмо внутри было написано тем же изящным почерком.
Дорогой Джеймс,
я рад, что ты обустраиваешься в своём новом доме.
Приятно видеть, что Молодая кровь снова живёт здесь.
Я видел, как ты бродил из комнаты в комнату.
Как последнему в длинной череде Хранителей вашего дома, позвольте мне заверить, что дом идеален – такая же великолепная планировка, как и в каждом доме на Пайн-Сёркл.