— Прошу прощения, — беспомощно произнесла Тимара. — Я не знала, что это грубо. Я думала, ты хочешь, чтобы я ушла.
Что-то пошло не так, и Синтара не понимала, что именно. К этой минуте девчонка уже должна была быть полностью очарована, должна была стоять на коленях, умоляя драконицу уделить ей толику своего внимания. Но вместо этого она повернулась спиной и собралась уходить. Вообще-то люди всегда необычайно легко попадали под драконьи чары. Так что Синтара пошире распахнула гриву и тряхнула головой, распространяя туман очарования.
— Не желаешь ли ты служить мне? — подсказала она девчонке. — Считаешь ли меня красивой?
— Конечно, ты красивая! — воскликнула девчонка, но ее поза и едкий запах страха свидетельствовали о том, что она напугана, а не очарована. — Когда я впервые увидела тебя сегодня, то решила, что именно за тобой больше всего хочу ухаживать. Но наш разговор был…
Она умолкла. Синтара попыталась дотянуться до мыслей девчонки, но нашла только туман. Быть может, дело в этом. Быть может, девчонка слишком тупа, чтобы поддаться внушению. Синтара порылась в своих воспоминаниях и нашла кое-что о таких людях. Некоторые были настолько непрошибаемы, что даже не могли понять драконью речь. Но эта девчонка, похоже, достаточно отчетливо воспринимает слова. Драконица решила устроить небольшую проверку восприимчивости.
— Как твое имя, человек?
— Тимара, — немедленно ответила та. Однако не успела Синтара порадоваться успеху, как девчонка спросила в ответ: — А твое?
— Не думаю, что ты уже заслужила право знать мое имя! — рявкнула на нее Синтара и увидела, как девчонка съежилась.
Но пахло от нее по-прежнему только страхом — ни малейшего следа отчаяния, которое этот отказ должен был пробудить в ней. Девчонка ничего не сказала и не стала умолять оказать ей милость и назвать имя. Тогда Синтара спросила напрямую:
— Ты хочешь знать мое имя?
— Да, так мне было бы легче говорить с тобой, — нерешительно сказала девчонка.
Синтара хмыкнула. Неужели она ничего не знает о мощи драконьего имени? Тот, кому известно имя дракона, может заставить дракона говорить правду, сдержать обещание или даже оказать услугу. Но если это Тимаре было невдомек, Синтара не собиралась просвещать ее.
— Если бы ты сама выбирала мне имя, как бы ты хотела меня называть?
Теперь девчонка казалась скорее заинтересованной, чем испуганной. Синтара замедлила вращение глаз, и Тимара подошла на шаг ближе. Вот так-то лучше.
— Ну? — снова спросила драконица. — Какое имя ты дала бы мне?
Девчонка несколько мгновений стояла, покусывая верхнюю губу, потом произнесла:
— Ты очень красивого синего цвета. Высоко в кроне есть ползучая лиана, которая укореняется в трещинах коры. У нее синие цветы с желтыми серединками. Они источают чудесный аромат, который притягивает насекомых, мелких птиц и маленьких ящериц. Даже эти цветы не так красивы, как ты, но ты на них похожа. Мы называем это растение небозевницей.
— Так ты назвала бы меня в честь цветка? Небозевница? — Синтара была недовольна. Эти имя казалось ей глупым и неблагозвучным. Впрочем, здесь, наверное, можно пойти на поводу у девчонки. Однако драконица все же решила поинтересоваться: — Ты не думаешь, что я заслуживаю более грозного имени?
Девчонка смотрела себе под ноги, словно Синтара поймала ее на лжи.
— К небозевницам опасно прикасаться, — тихо призналась она, помолчав. — Они красивы и притягательно пахнут, но нектар, который у них внутри, может мгновенно растворить бабочку и меньше чем за час переварить колибри.
Синтара широко зевнула от удовольствия и заключила:
— Так этот цветок напоминает меня не только окраской, но и угрозой, которую он несет?
— Полагаю, да.
— Тогда можешь называть меня Небозевницей. Ты видишь, что вон тот мальчишка делает с мелкой красной драконицей?
Девушка проследила за взглядом Синтары. Рапскаль сорвал целый пучок игольчатых веток с ближайшего дерева и теперь энергично скреб ими спину подопечной. Очищенная от ила и пыли, даже эта неуклюжая коротышка засверкала под солнцем, точно рубин.
— Думаю, он не желает причинить ей никакого вреда. Наверное, он пытается избавить ее от паразитов.
— Вот именно. А воск, которым покрыты хвоинки, полезен для шкуры. — И Синтара милостиво произнесла: — Дозволяю тебе оказать мне такую же услугу.