Молнии появились неизвестно откуда. Они разверзли небо Хабаровска и погнали тень домой, смельчаков тем более. Человек обладал несильным духом, поэтому тут же побежал по небу, скрываясь от жутких погодных условий. Первая тень проследила за второй. Запомнила дом, этаж, квартиру. Запомнила, что человек в броне девушка, бродящая по ночам.
Анастасия исчезла в знойной тьме.
***
Гравитатор, так прозвала Анастасия обладателя ключа, имел куда больше честолюбивых целей, чем Алёна. Подражая супергероям, в следующую тёмную ночь, он охотился за хулиганами, ворами, рассекал небосвод и чувствовал себя дозволенным на все действия. Он сидел на рекламных щитах, думал о своей заметности, мечтая, стать легендой, хранителем города, а потом и мира. Гравитатор бесконечно раздражал Анастасию, которой приходилось выключать повсюду камеры и выводить из строя смартфоны. Она бы встретилась с ней лицом к лицу, но её смущало то, что она была слепа в реальности.
Догадка о физических данных подтвердилась, а потому… Ключи стали ещё опасней.
Девчонка может поставить жизнь за эту вещь. Она не продаст её, так как вкусила силу и возможности.
— Если вспомнишь, хоть и не была общественным деятелем, но слушок о тебе прошёл, — успокаивала Алёна девушку. — Ты также пользовалась властью.
— Я уничтожала все улики, а эта! — девушка раздражительно тёрла переносицу. — Послезавтра экзамены закончатся, я сдам все контрольные работы и закончу учиться на месяц раньше. И приступим к работе.
— Успеешь сбежать из школы, — улыбнулась Алёна и начала говорить о чудесных школьных годах.
— Времени нет. Если поджигатель узнал о ней?
— Прими её в свою команду.
— Что?
— А ты подумай, — Алёна подсела и внимательно взглянула на замолчавшую Анастасию, не ожидавшая такого предложения. — Я слишком стара; у девочки амбиции. Вложи в неё идею о сохранении мира. Пообещай, что она будет видеть, если станет слушаться тебя.
— Она видит без меня.
— Тебе нужна сила, что поднимет в воздух. Твой максимум же прыжки на сотню метров в высоту и режим невидимости? А её сила позволит пересекать даже границ стран. Должно быть, много ключей есть и ненайденных. С союзниками против врагов проще бороться.
— Но и они могут предать, не так ли?
— И ты можешь предать свои идеалы. Ничто не вечно, — и она положила свои ладони на её. Девушка скривилась в лице. — Мы сейчас в одной лодке.
Глава 11. «Хор электричества»
«Совсем скоро мы придём за тобой», — гласило сообщение, выведенное красной краской на окнах балкона. Женщина в ужасе заорала, увидев кровавую надпись и поспешила к телефону.
— Мам! Что? Что случилось? — Яра вышла из комнаты.
— Т-там! — заблеяла женщина и рассказала о случившимся.
Яра рухнула в бессилии. На ней не было лица. Показалось, что молодая самоуверенная девчушка поседела от ужаса и шока..
Всего на мгновение, пока мать была на кухне, говоря со своими знакомыми о сложившейся ситуации, девушка повернула ключ и увидела собственными глазами послание. Она хотела вновь геройствовать эту ночь, но получилось так, что и эту, и следующую, и даже через три дрожала, держала в руках ключ. Вслушивалась в звуки. Ждала, прекрасно понимая, что никто не поверит её россказням, да и это опасно.
Мать не унималась. Требовала объяснение у соседей, но те только крутили у виска.
— Мам, не переживай. Это просто шутка.
— Тринадцатый этаж?
— В мире так много непонятных вещей…
— Яра, всё будет хорошо, — мать потянулась к дочери, старавшейся успокоить её.
Женщина прогнала сиделку, посчитав, что только она могла устроить это происшествие. Женщина оправдывалась, просила поверить в её невиновность, но договор был расторгнут.
***
— У вас был опыт работы с детьми? — спрашивала мать Яры Алёну Викторовну. Та показала книжку с отметками о работе в детдоме.
— Мне больше нравится работать с подростками. С ними интереснее.
— Однако моя дочь слепа. Вы справитесь? Она очень самостоятельна, но ей не хватает общения. Почти полгода она ни с кем нормально не общалась, учиться не хочет. Очень трудно с ней совладать.
— Она ещё не до конца адаптировалась к новым условиям, — говорила Алёна, вспоминая то, вычитала в некоторых книгах по психологии. Женщины улыбались. Присматривались. Обсуждали рекомендательные письма. Зарплату. А после состоялась встреча с Ярой, на которой Алёна делала всё, чтобы понравится Яре. Была и мягкой, и послушной, и интересной. Она была так добродушна, играла роль той, что никогда не подшутит над клиенткой. И через два дня женщина приступила к работе.
Почти две недели они приживались друг к другу, изучали, были осторожными и не смелыми. Алёна испытывала очки Анастасии, снимала дом, как ведёт себя Яра, передавала онлайн на экраны девушки. Они работали как настоящая команда. Один координатор, второй исполнитель.
— Девочка очень спортивная, гибкая. Была. Она хотела даже выступать на Олимпиаде, — говорила Алёна за общим ужином со старшеклассницей.
— Была так хороша?
— Я найду запись выступлений.
— Хорошо.
— Она спортсменка. Дай ей цель, замотивируй, и она будет двигаться вперёд, — они наматывали пасту на вилку, которую как всегда готовила Алёна, прекрасно понимая, что без неё Анастасия даже есть не станет, так как забудет обо всём, но только не о работе. Девушка продолжала хмуриться, сомневаться, имела все права не доверять ребёнку, но ситуация в мире обострялось, а их на огромную Землю и семь миллиардов всего двое.
— Её самооценка сейчас на нуле. Олимпиада — это серьёзно.
— Вот именно, поэтому хватай её за хвост!
— Точнее за ключ.
— Всё равно, — улыбнулась Алёна на едкую усмешку работодательницы. — И ещё, она становится всё более смелой. Забывает о предупреждении.
— Оставила письмо на наружном блоке кондиционера?
— Даже закрепила двусторонним скотчем. Он покрыт красками, светящихся в темноте, так что не беспокойся. Поскорей заканчивай учёбу.
***
Яра была высокомерной и ещё более надменной, чем Анастасия. Она быстро перескакивала с одного эмоционального состояния на другое, была активной и живой, а без прогулок и движения всё это выливала грязью на людей. Она была сносна в отношении с матерью, наедине с сиделкой вела себя как госпожа, повелевала, требовала, истерила. Ей недавно исполнилось пятнадцать. На этот период жизни ей выпало сложное испытание.
— Идея с браслетом замечательная! — воскликнула мать Яры и уже через день купила дорогой фитнес-браслет с трекером слежения. — Теперь вы сможете гулять, а я наблюдать за вами!
Ей нравилась новая няня. Более смелая; даже делала вид, что ей не всё равно на Яну. Не переставала говорить о положительных сторонах прогулки.
Долго Алёна уговаривала девушку на прогулку по бульвару. Готовила вкусную еду, играла роль шута, а после даже её одевала. Девушка раздражала, но терпение женщины было закалено железным деспотизмом Анастасии, не щадящего никого. Ребёнок долго поддавался уговорам не только из-за эго, больше из-за страха перед письмом, в котором была повторена фраза, что появилась на балконе. Она вновь не спала, сжималась в комок, думала, кто это мог быть. Даже Алёну стала подозревать, но всё это было нереальным.
Бывшая гимнастка долго стояла под кронами деревьев, наслаждая шумом деревьев. Она гуляла здесь, видела Хабаровск с птичьего полёта. Город казался ещё более роскошным, особенно, сравнивая его с Уссурийском, где она раньше проживала. Она изучала его, пока боролась с преступностью, оказывалась на вершинах и наблюдала за миром. Подросток был всюду, от южного до северного районов, пересекал железнодорожные пути, гулял и чувствовал себя свободным. Больше всего ей нравился просторный Северный парк с греческими статуями и каскадом из трёх прудов. Там и там можно было словить умиротворение, увидеть радостных молодожёнов, яркие салюты, как истинное наслаждение для глаз, посмотреть на крошечный, но уютный хабаровский Диснейленд, с его рыцарским замком, ареной, где проводились различные мероприятия. Подросток частенько сидел на ветках и наблюдал за неспешной жизнью, а после пулей летел через весь город, в свою тёплую кровать.