— В Хабаровске опасно оставаться.
— А в Москве?
— Ты должна помочь Яре. Она ничего не видит, она знает только имя и что работала на нас, но никто не в курсе, что все документы были подделкой. Будут давить или нет, она всё равно ничего не расскажет, кроме информации о ключах.
— Поэтому ты не давала ей нас увидеть?
— Верно. Но она ребёнок. Она не справится с поиском ключей в европейской части России. Да и вообще в Европе, поэтому эта задача ляжет на тебя.
— А ты? Что тогда будешь делать? Да и… что мне делать одной? — женщина подвинулась к девушке и взглянула на распечатанные билеты на её имя.
— Сотрудничать с властями и прикрывать мой зад. Не хотелось бы, чтобы меня объявили в розыск.
— Ты совершила нечто ужасное?
— А как ты думаешь? За нами уже следят. Я уже лет на двадцать приговорена… — усмехнулась Анастасия и потянулась. Алёна сжала губы и с нескрываемой тревогой посмотрела на холодное лицо Анастасии; она усмехалась, делала вид, что всё в порядке, все эти месяцы, а сама сидела на пороховой бочке и не имела возможности и дня подышать без тревоги преследования и ареста. Девушка так ничего и не сказала о том, что произошло за время отсутствие. Алёна предполагала, что это было связано с пожаром, совсем рядом с Хабаровском, с усилившимся патрулям по ночам, с шёпотом людей из палат о мстителе, бойне, супергероях и злодеях, а также злости органов власти на беспредел.
— Если ты пойдёшь, то тебе поверят лучше. Ты сможешь объяснить и вместе искать ключи.
— А если меня лишат свободы? Кто будет искать? Я хочу, чтобы власть узнала, что существует страшное оружие, что есть люди, кто будет им пользоваться. Возможно, наш враг хочет захватить мир, а потому собирает коллекцию. Он уже непобедим. Мы не можем это скрывать и подставлять людей ещё больше, — Анастасия всё говорила, всё мучилась, всё следила за полётом и пыталась себя успокоить.
***
Яра никогда не была в таком огромном и шумном городе как Москва, видела только фильмам, фотографиям. И она, будучи слепой, боялась заплутать и сойти с ума. От неё требовали невозможного — достичь Красной пощади, а там Сенатского дворца. Анастасия всё просчитала, взломала, запустила, объявила — заставила ждать.
Она говорила ей в ухо направление, скорость, вводную информацию, успокаивала, как могла. Подросток мало что понимал, спрашивал, почему ему никто не дал ключа, но шум городских улиц отрезвлял его. Заметят. Поэтому и шла с тростью, без матери, сбежав. Анастасия даже заказала такси. Она следила за ней через спутники, свою систему слежения и была всегда на связи.
Постепенно всё становилось тише.
Постепенно все двери перед ней открывались.
Она медленно, неуверенно шла, оглядываясь, прислушиваясь к звукам.
— Ты всех запугала.
— Потому что ты слепая, — ответила Анастасия. — Если кто-нибудь отберёт очки, браслет, что-нибудь, сломай. Растопчи. Тогда останешься невредимой.
— Почему так считаешь?
— Потому что ты слепая. Не бойся. Теперь поднимайся по лестнице.
Она шла в кабинет, где уже собрались люди, что вершили дела государства.
— Всё? — спросила она, оказавшись там.
— Да. А теперь развернись на тридцать градусов влево. И просто постой.
Медленно из центра оправ открылся глазок. И начался литься из него свет, формирующийся в голограмму.
— Весь мир в опасности, — голос третьего пола, который было невозможно распознать и идентифицировать, заговорил из динамика. — Вы уже в курсе моих способностей? Поэтому не трогайте этого ребёнка. Они ничего не знает, а лучше услышьте это сообщение и после решите, что предпримете. Перед вами живой свидетель, который видел технологию, разработанную внеземными цивилизациями, — в голограмме появились отрывки из видео с пожаров на американском заводе, с уничтожения банков и сражения в небе у Хабаровска. — Дело в том, что это — оружие, которое не сравнится с ядерным. На него не действует паритет. Оружие в частных руках. Одно такое оружие способно поставить на колени США или Россию, как пример. Есть предположение, что человек, стоящий за этим делом, хочет захватить мир. Только это объясняет его охоту на нас. Мы планировали собрать их тихо и передать властям, но нас ограбили. Забрали всё. Мы никому не верим и не доверяем. Мы вновь начнём собирать данные по тому человеку. Мы оповещаем вас о своих действиях, потому что действуем в интересах мира и общего благо. Просим вас быть начеку, проверять все странные случаи, искать людей в экзо-скелетах. Многие из них нарушают частные права, грабят, убивают. Подобные ситуации могут происходить на разных частях планеты. Это проблема вселенского масштаба. Услышьте и поймите нас. Мы отправляем нашего человека в Москву, чтобы он сотрудничал с вами и консультировал, однако мы печёмся о его безопасности — какое-нибудь поползновение к нему или свидетелю может прервать нашу линию сообщения. Мы продолжим работать самостоятельно, так как являемся нейтральной стороной, а это также может поставить под угрозу взаимоотношении между разными государствами, так как владельцы этой технологии могут иметь гражданство любой страны Земли. Наш человек прибудет в Москву через пару дней и проведёт подробный инструктаж. Сообщение отправлено.
Всё прекратилось. Ножки Яры задрожали, и она поехала вниз. В ужасе. Её подставили. Закрыли наедине с волками.
Шёпотом. Звук отодвигаемых стульев. Шаги к ней. Руки к вещам Анастасии.
— Будь проклята! — крик Яры.
— Зря. Мы предупреждали. Сотрудничества не будет, наглые, беспардонные идиоты, — прогремело в динамиках. Её не оставили. За ней следили.
Тут же по всему зданию включилась пожарная тревога. Вода заливала вещи Анастасии, людей.
— Что мне делать? — кричала Яра в микрофон. — Не оставляй меня!
— Очки сломай, но сохрани наушник и браслет. И не бойся, скоро прилетит Алёна, — Яра послушно схватила очки, бросила на пол и наступила на них. Её понесли мужские руки. Не доверять властям у Анастасии были основания. Их боялись больше очевидной угрозы.
Война была объявлена сразу на несколько фронтов.
Глава 20. «Бегство»
Анастасия сидела за столом и проклинала всех, кто был причастен к этому идиотизму. Но долго она не волновалась. Продолжила собирать вещи, выключать экраны, инструктировать Алёну, готовящуюся к долгому переплёту.
— Я еду в Азию, начну поиск там. В Китае был найден ключ, так что…
— Значит, Россия — не помощник? — закусила губу Алёна, видя волнение гения, всё собиравший в сумки по секциям, использовавший различные приспособления, чтобы обойти посты охраны и проверку багажа, где бы она ни была.
— Просто она не осознала опасность ситуации. Надеюсь, они станут благоразумнее, когда увидят взрослую женщину. Как-никак, я сообщу, когда окажусь в России, но это будет не скоро.
— Сколько в мире вообще ключей? — простонала Алёна и легла в постель от усталости.
— Понятие не имею. На карте четыре точки. От этого и будем отталкиваться.
— А как мне искать ключи, если карта в одном экземпляре?
— Буду сообщать координаты. Не переживай, пока с тобой боевой комплект, мы всегда будем на связи, — и она протянула два небольших кейса. — Отдай это Яре. Она сломала свой, так что нужно заменить.
Женщина послушно приняла и вновь задумалась о том, как бы она жила, если бы не повстречала Анастасию. Вряд ли бы её работа была так опасна, но наверняка, она бы уже лишилась квартиры. Но не была бы избита. Она подвигала плечами и вновь ощутила тяжесть в теле; всё ещё тело не могло оправиться от того дня.
Жизнь противоречива. Алёна смотрела на собирающуюся Анастасию и завидовала тому, что она не унывает, держится, верит и скрывает мастерки страх. Она давно от всего отказалась, от всей радости и прелести жизни, даже от пиццы и кактусов, потому что поставила общественную безопасность превыше всего. Она смогла это сделать, не высказывать сожаление о потерянной возможности, потому что глядела вперёд. И это восхищало, но это и пугало. Ей ничего не стоило переступить через человека, потому как было надо.