Ключи повалились на землю. Человек стоял с пробитыми ладонями к земле. Орущий от боли. Над ним возвышалась чёрная тень.
— Давай! Добей меня!
— Не тебе решать и не мне, — произнесла Анастасию и позвала военных. Всё кончено.
Она сделала пару шагов влево и рухнула от усталости и боли.
Над ними лишь звёздное небо. Два преступника лежали под одним небом. Распятые страхом, жизнью и инопланетным металлом.
***
— Ты очнулась, — послышалось слева. Девушка повернула туда, откуда доносился мягкий голос; попыталась разлепить веки. — В последний раз ты переборщила. Шесть ключей это слишком много.
— На всякий случай.
— Поэтому ты в третий раз была спасена инопланетной медициной, — говорила командир Жел, обходя зелёную капсулу по часовой стрелке. — Поздравляю. Вы справились с задачами. Осталось разобраться с последствиями.
— Дайте мне отдохнуть.
— Конечно, — кивнула женщина и поспешила выйти из медицинского блока. — Майор Йорс говорил, что тебе нравится звёздное небо. Я решила подарить тебе космический сон, — и свет выключился.
Анастасия оказался в полной темноте, в удобной капсуле, наедине со своим внутренним измученным «я».
Глава 50. «Земля»
Закрой глаза. Темнота — это удивительная сила, через которую порой легче разглядеть истину. Темнота — это чувства. Неявное, скрытое. Чудесное. Очень таинственное.
В темноте ты чувствуешь себя таким ничтожным, хрупким и слабым. Чувствуешь, как будто что-то течёт по руке, что тебя ничего не держит. Ты в невесомости.
Горы. Леса. Равнины. Джунгли. Пустыни. Индийский океан. Саванны. Река Нил. Река Амур. Гренландия. Австралия. Антарктида. Филиппины.
Где бы ты ни бывал… где бы ты ни жил… где бы ни родился… всё одно. Ты на Земле. И ты принадлежишь ей.
Эта планета находится недалеко от звезды-карлика, жёлтого огненного шара, по имени Солнце. Эта звезда родила нас всех своей чудесной и нераскрытой энергией. Именно сила этой звезды пробуждает семечки тянуться к небесам, хватать лучи лепестками, листиками и головками, раскрываться, чтобы эти лепестки скушали звери, а их другие, других — другие, покуда цепь не заканчивается человеком, акулой, каннибалом. Но затем и они становятся пищей для паразитов, бактерий, грибов, мелких организмов, которые продолжат неизменный круг жизни.
Скажи, как тебе Земля? Она очень своенравна. Где-то красива, спокойна, а где-то свирепа настолько, что заливает города, насылает на страны ураганы и устраивает перестановку своих литосферных плит. Однако Земля нам не говорит, что мы не можем жить там, где хотим, в каких условиях. Это придумал человек, посчитав, что имеет власть над тем, что ему не принадлежит. Земля свободна для путешествий, открытий, для жизни. За ураганом наступает другой ураган. В другом месте тишь да гладь, но человек, вгрызаясь в кусок земли, которая ему якобы даёт гарантии и привилегии, не оставляет его. Человек очень неразумное создание Земли и Солнца. Они как родители страдают, но только и могут наблюдать за ними, порой высказывая своё недовольство. И они ждут момент, когда дети станут умней, самостоятельней и уже сами будут способны создавать планеты, летать по всей Вселенной, встречаться с другими детьми Мироздания, врагами, друзьями и союзниками, но Солнце и Земля понимают, что пока внутренние проблемы дети не решат, не примирятся характером, путь в далёкий космос ему закрыт.
Космос — великая справедливость, создающая из ничего всё. Космос не любит глупцов. С глупцами не о чем говорить, с ними просто скучно. Он невежественен, слишком импульсивен и опасен для мирового спокойствия. Однако космос открыт для смелых и здоровых во всех смыслах существ, ведь только такие могут преодолеть расстояния, расставания и вершить историю Мироздания.
Космос не разделяет на правых или неправых. Это не в его правилах. Он не может быть всегда справедлив, потому что всё в нём относительно.
Космос ждёт наши выводы по тысячелетиям жизни на Земле, накоплению опыта, чтобы решить — отворить свои знания и свободы к нам или закрыть проход, изничтожив нас ожиданием астероида, угасанием Солнца или сменой электромагнитных полей. Но как жаль, что человек… его новое творение застряло и начало сходить с ума.
Северно-ледовитый океан. Тундра. Широколиственные леса. Тайга. Бамбуковые леса. Плантации чая. Ущелья. Высочайшие точки мира.
Бразилия, ЮАР, Южная Корея, США, Чад, Доминиканка, Эфиопия, Франция, Германия, Монако, Армения и все, и всё, и вся — наша прекрасная и неповторимая Земля, вращающаяся в темноте, при лучах солнца и отражении от поверхности Луны.
***
«Я отпускаю месть, ненависть, злость и усталость. Я отпускаю обиды…»
Она открывает глаза.
Глава 51. «Пожелание»
Стать героем? Стать членом межгалактической Республики и пойти по военному пути? Остаться на Земле и быть осуждаемой всеми?
— Не оставишь даже один ключик? — на ладони лежал последний ключ. Путь важной персоны кончался в Москве, куда отправили Анастасию во время восстановления. Майор покачал головой и забрал последний блок защиты, превращая героиню в обычного и бесполезного человека.
— Лети со мной и получишь целый ящик, — обещал ей, звал. Так много раз. И не только он, а весь командный состав под предводительством командиром Жел.
— Лучше останься со мной.
— Не могу.
— Почему? Глупый вопрос, да? — с горькой усмешкой говорит, на глазах слёзы не стоят. Было много трагичного во взгляде девушки, ставшей по своей воле убийцей, мошенником и хранителем инопланетного оружия. Глядящей на неестественного для Земли мужчину, всё также холодного и правильного. Война кончилась — риски тоже.
— Да.
Вот и весь разговор. Анастасия смотрела на приходящий в сознание мир. Передавались новости о заложниках, о их реабилитации и военной операции в США, об умерших, о том, как проводился суд над Адриано — главным злодеем человечества двадцать первого века. Проводились многочисленные опознания; королевские и президентские, консерваторы и демократы, либералы и социалисты, капиталисты — люди — все испытали потери, а потому устраивали грандиозные похороны и поминки, объявляя по всему миру недельный траур. Все концерты, матчи, праздники отменились. Люди пытались прийти в себя от испытанного ужаса и вернуться к нормальной жизни без нависших космический кораблей, без похищений и угроз, без демонстраций и мародёрства, без шествий и криков. Девушка выключила телевизор и вышла на балкон.
Уже другой номер. Другая гостиница. Ничего не изменилось. Она под надзором военных и ничего ещё не кончено.
Мужчина подошёл к ней и легонько прикоснулся к женской спине.
— Ты так любишь эту планету?
— Нет.
— Тогда почему держишься за неё?
— А почему ты не можешь остаться со мной?
Она была невыносима. Повторила вопрос дважды.
***
Зима нагрянула внезапно. Корабли республики готовились к отлёту.
— Майор Йорс! Майор Йорс! — бежала по коридору худая спортивная девушка с толстой косой, отросшая за время заточения в Москве. — Я… я была помощницей Анастасии. Я хочу поговорить… нет, предложить. Нет, я хочу! — её руки обхватили инопланетные и сжали в надежде.
***
— Ты всё же ненавидишь свою мать, — заключила девушка, поглядывая на Яру, в тёмном разлетающемся от ветра пальто; седые от корней волосы поднимались с морозным тихим воздухом, гуляющем посреди статуи, изваяний и монацитах, где белому по-чёрному выгравированы дата рождения и дата смерти человека. Две девушки находились на кладбище, на скромной могиле Алёны, на которой наконец-то появились живые цветы. Орхидеи, астры и герберы — любимые цветы живой когда-то женщины, отдавшей до последнего мгновения свою улыбку, нежность и надежду, вложив всё живое, прекрасное и сильное в разрушающую седую человеческого индивида, терявшая с каждый день очертания разумного, сильного и волевого. Жизнь изрядно их помотала, но, кажется, повлияла лишь на безутешную и хладнокровную девушку, забывшую о всяких чувствах и мечтах.