Пока девушка оценивала культурные особенности представителей других стран, глава стражи пытался понять природу их айпейрона, какой он. Ведь другие страны — другие стихии — другие люди. Небольшое отличие в коде он, действительно, обнаружил, однако в основном природа айпейрона у всех Хранителей совпадает. И она такая же, как у Ландора и у любого гражданина Государства Огня. Это открытие вызвало у Адрио улыбку.
«Точно, ведь айпейрон един», — подумал он.
Друзья принялись ожидать свой экипаж.
— Пенелопа, — окликнул ее в который раз Адрио, и Кан Юонг посмотрел в их сторону. — Ты не помнишь, что говорил отец Иннокентий по поводу этого пруда?
— Хм… — она попыталась вспомнить, не переставая хмуриться, поскольку Ландор продолжал молчать.
— Вы Пенелопа? — к ней подошел Кан Юонг.
— Да, — она гордо выпрямилась, и лицо приобрело дружелюбный оттенок, — очень признательна, что мою скромную особу знает сам Хранитель Молний Кан Юонг.
Он усмехнулся.
— Вы же сестра того поганца?
Адрио и Ландор напряглись. Пенелопа сдержанно улыбнулась и размеренно произнесла:
— Вы были близки с моим братом?
— Близки? — и хохотнул. Все внимание было приковано к ним. — Можно и так сказать, — ядовито ответил он. — Не ожидал, что вы приедете сюда с новым Хранителем. Нам нужно кое-что обсудить. Это касается вашего брата.
— Хорошо, когда вам угодно?
— Через два часа в ресторане «Изабелла». Разговор тет-а-тет, — он недвусмысленно посмотрел на Адрио и Ландора, попрощался и ушел.
Когда Кан Юонг был на достаточном расстоянии, Пенелопа яростно прошипела:
— Что этот паршивец успел натворить?!
Ландор решил умолчать о реакции Хранителя Молний на его появление.
*** *** ***
Рассказ Ландора о произошедшем на Съезде Хранителей занял всю дорогу в особняк делегации Огня. Пенелопа, пробыв дома примерно полчаса, переоделась и отправилась в ресторан «Изабелла» в безоговорочном сопровождении Адрио. Впрочем, она не была против.
Рассказ Ландора о произошедшем на Съезде Хранителей занял всю дорогу в особняк делегации Огня. Пенелопа, пробыв дома примерно полчаса, переоделась и отправилась в ресторан «Изабелла» в безоговорочном сопровождении Адрио. Впрочем, она не была против.
Ресторан занимал полностью шестиэтажный дом, включая подвал и мансарду. Каждый этаж соответствовал определенному виду искусства, а в подвале располагался небольшой магазинчик выпечки.
Первый этаж был посвящен живописи. На стенах висели портреты известных художников, множество копий их работ. В интерьере доминирующим материалом было дерево: деревянные квадратные столы, кресла с резьбой, отделка стен и потолка.
Темой второго этажа была литература: мягкие, удобные диванчики, круглые столики, книжные стеллажи. На стенах нейтральной бежевой гаммы висели портреты известных прозаиков и поэтов, а на паркете лежали уютные ковры. Клиент мог за чашечкой горячего напитка прочесть любую, имеющуюся в наличии книгу и обсудить ее с представителями литературного клуба, которые частенько заглядывали в этот ресторан.
Третий этаж был посвящен музыке и напоминал собой широкое помещение с музыкальными инструментами посередине, на которых играли нанятые мастера, если никто из гостей не изъявлял желание помузицировать. Еще одной отличительной особенностью третьего этажа являлся переливающийся канделябр, передающий эмоции соответственной мелодии или песни.
Четвертый этаж занимал большую площадь всего здания и представлял собой просторную аудиторию высотой в два этажа. Он посвящен театру, его столики находились с одной стороны и выходили на небольшую сцену, где каждый день ровно в 20:00 разыгрывались театральные представления.
Шестой этаж походил на настоящую оранжерею и был украшен большим количество цветов, папоротников высотой в целый этаж. Возле окон стояли аккуратные деревца, растущие в горшках и украшенные ленточками и звездочками бадьяна.