Послышались глотки.
— Я боюсь, то была плохая идея.
— Насчет чего?
Звуки приближающихся шагов.
— Находится рядом с тем местом, где…
И тут окно закрылось. Большего разочарования просто не могло быть.
— Да как они могли! На самом интересном! — обиженно прошептал Ярослав.
Саша и Аня сидели оба хмурые.
— Саша! Аня! Ярослав! — послышался голос прабабушки Риты, которая, как они предположили, стояла на крыльце.
— Блин, что ж так не везет, — буркнула Аня под тихую ругань Саши.
Оббежав вокруг дома, чтобы никто не засек, где они были, дети подошли к взволнованной прабабушке, которая только-только обнаружила, что они, оказывается, все это время гуляли, а не сидели или спали в своих комнатах.
Накинувшись на остывшие булочки с корицей и запивая все горячим какао с зефирками, дети сидели в гостиной и ежеминутно бросали взгляд на дверь, за которой их прадедушка разговаривал с таинственной женщиной.
— Прабабушка, а кто к нам приехал? — важно спросил Ярослав под красноречивые взгляды старших брата и сестры.
— Э-э, там машина стоит, — поспешно ляпнула Аня, выгораживая младшего.
Саша, оперев подбородок на руку, отвернулся.
— Машина? А-а, точно! Вас пока не представили. Она… сводная сестра вашего папы. Ее зовут Соня. Она очень добрая и веселая.
Саша повернулся и задумался.
— А-а, — Ярослав понимающе кивнул, — она наша тетя. Но тетя плохая: она со всеми нами не поздоровалась.
— Ярик, прекрати. Времени пока не было, — Аня начала защищать эту женщину, но в глубине души была с ним солидарна.
— Сейчас поздно, и она решила никого не будить, — мягко улыбнулась Рита Михайловна. — Завтра утром она представится. Но меня больше волнует то, где все это время были вы? — пожилая женщина оперлась руками в бока. — Сейчас начало одиннадцатого, Ярославу давно пора спать! — она грозно смотрела на старших.
— Мы гуляли на освещенной территории, — спокойно ответил Саша. — На звезды смотрели.
— Да, мы учили Ярика основам астрономии, — поддактивала Аня.
Ярослав переводил голову с брата на сестру, и воскликнул:
— Да-да! Валет, дама!
Старший брат закашлялся, чтобы скрыть смех. Аня покраснела и захрюкала, отвернувшись.
— Он просто перепутал, — отмахнулся Саша и недвусмысленно зыркнул на Аню.
Она поняла его намек и, взяв Ярослава за руку, поспешно произнесла:
— Я отведу его в ванную.
Рита Михайловна наблюдала за всем этим каламбуром с нежной улыбкой, видя в мордашках черты собственных детей. Даже характеры немного похожи.
Пожелав прабабушке спокойной ночи, дети поспешили на второй этаж. Оказавшись там, они не успели отойти от лестницы, как услышали щелчок открывающейся двери. Это выходили прадедушка Рома и «Соня».
Рома Иванович хохотал:
— Что за умора!
— Кошма-ар! — смеясь, возразила Соня и поздоровалась: — Добрый вечер, Рита Михайловна.
Начался новый бессмысленный и неинтересный диалог, но дети не собирались уходить. В конце концов, Соня произнесла:
— Ладно, я пойду заберу свои вещи и продукты. Завтрак в то же время?
— На два часа позже, дети в шесть наотрез отказались вставать.
— Как я их понимаю…
Дети на втором этаже, выглядывая за перилами, дружно кивнули, как попугайчики.
— Кстати! Ей сумка понравилась? — негромко спросил Роман, приобняв жену.
Соня усмехнулась.
— Точно понравилась. Ее стиль.
*** *** ***
Уже шестнадцатый день я состою на учете у местного врача, но лучше мне не становится. И просто знайте, что, когда я говорю это, оно сопровождается четырехэтажной нецензурной лексикой в моей голове. Не то чтобы я была неженкой, но мучиться из-за «разлива желчи» мне хотелось не так часто. Даже Геракл, будь это его сражением, взвыл и пал бы под натиском желчи, не совершив тринадцатый подвиг. По причине здоровья меня освободили от некоторых обязанностей, что ужасно злило моих надзирателей и некоторых «заключенных», как я. Приятно.