— Готово! Сейчас начну создавать сферу!
Пока Ландор помогал удерживать айпейрон на месте, Кира формировала сферу. Они оба были полностью поглощены процессом и стремились завершить дело до конца, превозмогая тошноту и накатывающую усталость.
Когда толстое сиреневое полотно окружило негативный айпейрон, Кира и Ландор, не теряя контроль над шаром, встали по бокам от двери, освободив проход для благословения.
— СЕЙЧАС! — закричал Ландор.
И в один миг шар закружился, увеличиваясь в размерах из-за айпейрона Киры и Ландора, а мощный луч благословения ударил ему в самый центр. Последовала яркая вспышка света, и Ландор с Кирой зажмурились, продолжая напитывать сферу айпейроном. Даже сквозь закрытые веки был виден ослепляющий, переливающийся свет, из-за чего героям пришлось опустить голову и отвернуться. И в следующее мгновение свет погас, а тонны невидимого груза, давящие на Ландора и Киру, исчезли, не оставив и следа. Когда они открыли глаза, перед ними предстала дышащая чистотой комната, сверкающая как необыкновенный алмаз.
Настала мирная тишина.
— Как же легко дышится… — моргая, прошептала Кира, радуясь такой простой мелочи.
— Согласен, — ответил Ландор, засовывая маску в карман, и вошел в комнату.
Он рассматривал затертые, тусклые стены и пол, блеклую картину. Затем провел рукой по шершавой поверхности стола.
— Святой айпейрон, как же здесь приятно находиться… — Ландор не мог скрыть своей радости. — Кира, иди сюда! Почувствуй это на себе.
Девушка опустила маску и неуверенно ступила за порог, осматриваясь. И вдруг ощутив прилив энергии и счастья, она не выдержала и радостно воскликнула:
— МЫ ЭТО СДЕЛАЛИ!
Не поддаться атмосфере, особенно с таким количеством благословения, было невозможно. И мужчина закричал:
— ДА-А! Дай пять, сестренка!
Звонко хлопнув друг друга по ладони, Ландор и Кира засмеялись, не слыша звук приближающихся шагов.
— Как давно я здесь не был… — произнес отец Иннокентий, входя в комнату. Он был физически изнеможен, но в глазах так и светилось облегчение.
Вслед за ним в башню вошел отец Даниил. Впервые в жизни он использовал технику точечного удара несколько раз подряд. Из-за дичайшей концентрации его тело немного дрожало, а в голове клубился туман. Однако никакой туман не мог отвлечь его от главного:
— Это нужно отметить, — твердо решил он, прикидывая, в какую таверну отправиться.
— Отец Даниил… — мягко пожурил его отец Иннокентий.
— Хорошая идея! — подхватил Ландор.
Пока все весело обсуждали успех и командную работу, Пенелопа, переступив порог, тихо осматривалась. Затем она перевела взгляд на хохочущего Ландора и отца Даниила, смеющуюся Киру и отца Иннокентия, пытающегося зажевать улыбку, и сама улыбнулась. На душе стало приятно и спокойно. И неожиданно она ощутила, что хочет разделить это время с семьей. Поделиться с ней всем.
Вскоре отец Иннокентий и отец Даниил со всеми попрощались и не спеша направились к выходу. Благословение благословением, а полноценный отдых необходим. Но в случае отца Даниила — только после сидра. Всеобщее гулянье будет позже.
Перед уходом отец Иннокентий взглянул на Ландора. Когда монах читает молитву, то с помощью благословения он может ощущать чувства окружающих. Отец Иннокентий прекрасно чувствовал неуверенность и страх Ландора, когда тот стоял у двери, но в один миг их заменила твердая решительность и бесстрашие. Почему? Это заставило отца Иннокентий задуматься.
Пенелопа, искренне поблагодарив отца Иннокентия и отца Даниила и пожелав им хорошего отдыха, посмотрела на Ландора и Киру.
— Вы все герои! — произнесла она.
— Спасибо, — смущенно улыбнулась Кира и виновато добавила: — Извините, я не смогла прочитать код негативного айпейрона. И теперь его нет…
— У нас еще остались мыши, — устало махнула рукой Пенелопа, заботясь совершенно о другом, — натренируешься. Ты все равно молодец, так что выше нос!
Кира обрадовалась и еще больше засмущалась, потому что уже дважды ее похвалила сама Пенелопа. Потом, кинув взгляд на Ландора, она заметила, что он хочет переговорить с Пенелопой, и ретировалась, пожелав всем спокойной ночи.