Кира сжала в руке рукав свитера.
— Мне нужно поехать к подруге за платьем. Я забыла подготовиться к балу, и она одолжит мне.
Взгляд Ландора заставил бы ее попятиться, если бы она не упиралась в стену. Ландор проглотил хлеб и в том числе первую реакцию на слова Киры и спокойным, но холодным тоном произнес:
— Все, что тебе потребуется, давно готово.
— Да? — с налетом легкомыслия удивилась Кира. Она не чувствовала радости, хотя по логике должна была.
— Да, — с нажимом ответил мужчина.
У Киры защипало глаза, и ей захотелось поскорее оказаться в своей комнате или хотя бы уйти.
— Что ж, ты ужинай, а я пойду. Меня попросили помочь в лазарете, — и она быстрым шагом направилась к двери.
— Уже поздно, — донеслось до нее неодобрительное.
— Это ненадолго, — отмахнулась она, пожелала спокойной ночи и скрылась за дверью.
В лазарете отец Даниил попросил Киру проверить айпейрон Станислава, и, сколько она не вглядывалась в его поле, ничего подозрительного не находила. Отец Даниил озадачился и ушел в размышления, вслух упомянув, что проблема не в настойке.
— И он давно ее использует. Неужели имеет место быть..? — услышала она, уже направляясь к себе.
Кира неспешно поднималась по лестнице, задерживаясь на неосвещенных участках замка. И когда спустя приличное время завернула в свой коридор, замерла, увидев Ландора, прислоненного спиной к ее двери. Он успел переодеться в удобную, домашнюю, как она называла, одежду, а волосы — собрать в пучок на затылке. Ландор не поменял положение, хотя она отлично знала, что он был осведомлен об ее приходе.
Когда Кира с опаской подошла поближе, он повернулся. На его лице заиграла улыбка, отчасти виноватая, отчасти снисходительно-лукавая.
— Помнишь, что я говорил тебе летом?
— Ты мне много чего говорил, — буркнула она, буравя взглядом стену.
— Про сестру. Ты для меня как сестра, поэтому само собой разумеется, что я забочусь о тебе. В финансовом плане в том числе.
Она, еще хмурясь, посмотрела на него и опять вернулась взглядом к стене.
— Как ты думаешь, — растягивал Ландор слова, аккуратно, с соблюдением дистанции приобняв Киру за плечи, — как выглядит со стороны Хранитель, сестра которого заимствует одежду у подруги? Сразу появится вопрос: а с казной-то что? — он засмеялся.
Кира виновато поджала губы, теперь уж точно боясь отлепить взгляд от стены. Сквозь свитер она почувствовала тепло его рук и украдкой бросила быстрый взгляд на одну из них.
— Это ставит меня в неудобное положение, — закончил он.
— Я поняла, — пересилила она себя и заговорила, смущенно посмотрев на Ландора.
— Хорошо. Так что не дуйся и ложись спать. Завтра очень сложный день.
Теперь пожелание спокойно ночи прозвучало от легкого сердца, и Кире невыносимо захотелось приобнять Ландора в ответ.
[1] Автор поэмы неизвестен, в отличие от события, отраженного там. Член главной ветви попытался пойти против устоев клана, за что и поплатился жизнью. Произошло это на балу в честь его же помолвки.
Глава 14.2
День бала обещал быть сложным и, как дельфинианский джентльмен, сдержал свое обещание. Как только часы пробили полночь, Пенелопа услышала стук в дверь. Ритм и мелодика сразу оповестили, что к ней пришла Варвара. И тот факт, что служанка в очень редких случаях приходит сама так поздно, насторожил еще больше.
— Входи, — велела Пенелопа, откладывая книгу в сторону, и ровно села на кровати.
Показалось обеспокоенное лицо Варвары, которое не предвещало ничего хорошего. Служанка быстро закрыла за собой дверь и заговорила дрожащим от волнения и страха голосом:
— Госпожа, Фельд узнал, что мы со Станиславом близко общаемся! Мы всегда встречались вне замка и здесь соблюдали дистанцию, но сегодня ему рассказали, что я посещала лазарет!..
«Опять этот Фельд! — разозлилась Пенелопа и нервно застучала пальцами по одеялу. — Как он только все успевает?»
— Ты с ним сегодня разговаривала? — спросила она вслух. — Он же должен нести службу.
— Я просто проходила по коридору, а он там стоял. Лучше бы я обошла! — Пенелопа впервые в жизни увидела, как служанка всплеснула руками. Варвара всегда сдержано реагировала на все.