Под таким взглядом не хотелось совершить оплошность, и именно «оплошностью» теперь Пенелопа видела свою недавнюю реакцию. Выдохнув раздражение, девушка вернулась к наблюдению за игрой. И только когда она расслабилась, Иван Прокофьевич убрал руку.
— Вы приняли верное решение, — послышался голос Ландора. Он передал господину Всеволоду дощечки, и госпожа Лилия приготовилась отбиваться.
— Чем закончилась дуэль? — осведомилась Пенелопа непринужденно.
— Ничья.
Игра началась уже довольно давно, и судья объявил перерыв. Слуги принесли закуски и напитки, и в столе для гравта выдвинули специальные панели для посуды. Круг наблюдателей поредел: одни ушли к фуршету, другие — в зону отдыха, а третьи направились к соседним игровым столам, — однако большая часть зрителей все же осталась, найдя себе на время иной вид развлечения. Пенелопа и Иван Прокофьевич заняли два освободившихся стула. Угол обзора был хуже, но зато с лишком компенсировался комфортными условиями. Пенелопа с тягучим удовольствием перенесла вес с ног и обвела окружающих довольным взглядом. Еще двум наблюдателям слуги принесли стулья, и со стороны стола донесся смех господина Всеволода.
— Это мне напомнило одну историю, которая произошла в Северном королевстве, — произнес он, отставляя чашку с чаем. — Из-за землетрясения сошли лавины и уничтожили деревни и фермы, множество людей осталось без крова. Выжившие крестьяне вместе со старостами и двумя феодалами направили королю Йовану прошение о помощи. В ответ король отправил гуманитарный груз. Позже выяснилось, что не было ни землетрясения, ни лавин, и на том месте находится лишь одна деревня. Весь гуманитарный груз феодалы распродали своим же крестьянам и горожанам. Не по минимальной цене, — уточнил после паузы.
— Превосходно, — саркастично прокомментировала госпожа Лилия.
Госпожа Властемира под впечатлением прикрыла рот рукой.
Со стороны зрителей послышались речи, полные негодования. Они решительно поинтересовались, получили ли эти худшие из людей наказание.
— Получили. Феодалы и все те, кто им помогал. Однако… — господин Всеволод сделал паузу, — через время выяснились еще одни любопытные подробности. Феодалы не могли это осуществить без покровительства более высокопоставленных особ. В конце концов, — он обводил взглядом игроков, — скрытый конец клубка привел к ближнему кругу самого короля, — и задержался на господине Афанасии. — К сожалению, я смутно помню, кем они были, — со смущенной улыбкой произнес он, обращаясь ко всем.
Господин Афанасий оторвал взгляд от господина Всеволода и медленно отпил из своего бокала, не слушая эмоциональные комментарии наблюдателей.
Господин Луар перевел взгляд с бывшего советника на господина Всеволода и обратно, вскинул брови, будто совершил некое открытие, и рывком отклеился от спинки стула.
— Известно, каким образом раскрылась причастность этих покровителей? — поинтересовался он.
— Преданные королю феодалы обнаружили свидетеля и добились повторного допроса тех, кого не казнили, а дальше началось повторное расследование.
Уголок рта господина Афанасия дрогнул в кривой улыбке.
— Простые феодалы против близкого круга короля? — с нескрываемым скептицизмом уточнил он, пристально глядя в глаза господина Всеволода.
— Хороший вопрос, — в ответ усмехнулся мужчина. — Я вам описал общую картину.
— В создании спектакля участвует множество людей, но нам известны лишь имена актеров, — философски изрек господин Гордей.
— Метко подмечено, — с улыбкой согласился господин Всеволод и встретился с ним глазами.
— Благодарю, — господин Гордей ответил той же улыбкой, но более напряженной.
Госпожа Лилия приосанилась, следя за двоюродным дядей, и спросила у него тоном, несколько отдававшим вьюгой — холодной и от снега острой:
— Господин Всеволод, чем же закончилась эта история? Как поступил король?
— Король, моя дорогая племянница, навел порядок в ближнем круге. А сама история не закончена. Всегда будут те, кто будет ставить себя выше короля. И всегда будут те, — он встретился взглядом с госпожой Ладимирой, сидящей на стуле у фуршетного стола в окружении представителей главной ветви, — кто будет его поддерживать, — он, улыбаясь, слегка наклонил голову.