Госпожа Ладимира посмотрела на него с мягкой укоризной и тепло полуулыбнулась. В следующее мгновение все ее внимание направилось на собеседников.
Госпожа Лилия оборачиваться не стала. Понять, о ком шла речь, ей не составило труда. К тому же айпейрон бабушки она прекрасно чувствовала.
— Королю Йовану не о чем беспокоиться с такой поддержкой, — подытожила она ровным тоном, нанизала на вилку оставшийся кусочек канапе с бужениной и положила его в рот.
Вдруг господин Луар громко усмехнулся и покачал головой. Все внимание вмиг переключилось на него.
— Что вас позабавило, господин Луар? — ядовито спросила госпожа Светлана. Она вместе с подругой и двумя джентльменами сидела на месте зрителей, но всем своим видом демонстрировала, что игра для нее не кончилась.
— Мне вспомнилась одна история. Она произошла на нынешней территории клана Растений, — рассказывал мужчина всем и никому конкретно. — А может, и нет. Но это не суть важно, — морщась, как от чего-то незначительного, отмахнулся он. — Дело в том, что священнослужители были негласно разделены на две фракции. Одна фракция поддерживала Епископа, а другая — оппозиционная. Несмотря на поддержку и старания своей фракции, Епископ не смог удержать за собой место и вынужденно ушел в отставку. Так что даже самая крепкая поддержка может не справиться, — обратился он к госпоже Лилии несколько досадливым тоном и после паузы добавил: — Особенно если среди нее есть те, кто лишь играет в верность, — он посмотрел на господина Всеволода, затем перевел взгляд на Хранителя. — Тогда Епископ проиграл из-за этого, — объяснил он всем.
Господин Всеволод задумчиво покачал головой, мол, огорчен этим фактом.
— Господин Луар, — прозвучал резкий голос госпожи Роксаны; казалось, что имя она не произнесла, а выплюнула, — почему же вы не уточняете, каким был этот Епископ? Жаловали ли его? Если он был беспринципным самодуром, то разве монах не поступил правильно? Вы даже имени его не назвали, — она с вызовом вздернула подбородок.
— С удовольствием уточняю, что я говорю о Епископе Пране, а он, как вам должно быть известно, не обладал вышеперечисленными качествами, — с дежурной улыбкой ответил он, снисходительно глядя на женщину.
Госпожа Роксана понятия не имела, кто это. Однако румянец смущения из-за недостатка знаний не умалил ее высокомерие.
— Теперь картина более ясная.
— Что может быть ужаснее, чем получить удар в спину? — госпожа Лилия поежилась.
— Будем надеяться, что подобные люди не посмеют приблизиться к тетушке, — вставила слово госпожа Властемира, и некоторые наблюдатели поддержали. — О, нет! Мне до сих пор страшно! — и она повернулась к Бейрону, чтобы взять его за руку. Он тут же оказался рядом.
— Практика показала, что этим людям можно только посочувствовать, — произнес господин Афанасий, когда слуга забирал его посуду.
— Почему вы так считаете? — поинтересовался господин Гордей и сложил на тарелке столовые приборы способом, который означал окончание трапезы.
— Посочувствовать?! — возмущенно вздрогнула госпожа Властемира. — Как можно таким людям сочувствовать?
Глаза господина Афанасия засмеялись, отблескивая презрением.
— Каждый человек, которого предали, будет бездействовать? Господин Луар, — он повернул к нему голову, — вы ведь говорили о Епископе Пране II?
— Да, все верно, — подтвердил мужчина кивком.
— Позвольте мне закончить вашу историю. Монаха-перебежчика отравили люди Епископа Прана. Это было третьим или четвертым покушением, и оно оказалось удачным для них. И врагу не пожелаешь жить, боясь собственной тени. Я ни секунду не сомневаюсь в госпоже Ладимире и господине Ярославе, — назвал он имя ее мужа. — Они заблаговременно выявят предателя, так что, госпожа Властемира, вам не стоит переживать.
— Уф, благодарю! Вы меня успокоили!
— Ваше благоразумие делает вам честь, — господин Всеволод поднял чашку, как при тосте, и отпил.
— Из всего вышесказанного я могу сделать вывод, — говорил господин Гордей с приободряющей улыбкой, — что Волравии нужно искать другое государство в северных широтах для создания союза.