Выдернув из ножен нож, Вильгельм присел к земле и стал ждать, когда появятся, мчавшиеся за ним, собаки.
Но долго ждать не пришлось, из-за кустов, прямо на охотника, выскочили две огромные, похожие на волков, собаки.
Первой выскочила суку, Вильгельм вонзил ей нож в грудь, когда та, с разбегу, прыгнула на него. Вторым был кобель, он с наскока не стал нападать, а закружил вокруг человека, оскалив пасть.
Прошло несколько секунд, и Вильгельм услышал, приближающие к нему человеческие шаги.
Медлить, больше не было времени, если он не убьёт этого зверя, то подоспеют цыгане и тогда ему крышка. Да какая там крышка от гроба, они просто разорвут его на мелкие кусочки и скормят своим псам или раскидают по лесу.
Сжавшись в комок, Вильгельм сделал шаг в сторону, кобель последовал его примеру. Не спуская друг с друга глаз, зверь и человек приготовились к последнему в их жизни бою.
Сделав ложный замах, и дождавшись, когда кобель отступит немного в сторону, охотник прыгнул и вонзил нож по самую рукоятку в голову собаки.
Кобель тут же рухнул перед ногами охотника и замер, не издав ни одного звука.
И только Вильгельм понял, что собака мертва, как послышался, ломая перед собой кусты, человеческий топот и разъярённые крики, преследующих его цыган.
Сорвавшись с места, не было времени выдернуть нож из головы кобеля, охотник кинулся в кусты и, спрятавшись за них, затих.
И только Вильгельм припал к земле, как на полянку, где проходил бой человека с собаками, высыпали цыгане. Но увидев, что стало с собаками, они резко остановились и закрутили в разные стороны головами.
Цыгане не знали, что охотник был один, а так бы стали прочёсывать лес, ведь вшестером они спокойно могли справиться с одним человеком.
Покрутившись на полянке вокруг убитых собак несколько минут, о чём-то переговариваясь, Вильгельм не знал их языка, цыгане развернулись и побрели обратно в деревню. Убитых собак забирать они не стали, а оставили на месте, там, где они приняли свою смерть.
Дождавшись, когда шаги стихли, Вильгельм вылез из своего укрытия и вернулся к убитым собакам.
Выдернув из головы кобеля нож, охотник вытер о собачью шерсть кровь и вложил его в ножны.
Подобрав книгу, которую в траве не заметили цыгане, Вильгельм, напрягая слух, стал прислушиваться к «тишине» леса.
Ничего не услышав, кроме негромкого чириканья птиц и шороха травы, по которой бегали небольшие обитатели этого леса, охотник за головами и беглыми преступниками не стал возвращаться к своей лежанке, где оставил мешок с продуктами, а развернулся и отправился в противоположную сторону от деревни.
Глава 5
В то время в Трансильвании находилось много деревушек и небольших городков, к которым было трудно подойти из-за непроходимости горной местности, дремучих лесов и топких болот, где на каждом шагу подстерегали дикие звери.
Непроходимые горы, дремучие леса и топкие болота, были отличными укрытиями от не прошеных незнакомых людей и врагов, которые нарушали покой и сосуществование местных жителей этой полудикой страны.
Жители этой полудикой страны, где было сильно суеверие в тёмные силы и колдовство, тщательно скрывались от враждебных набегов, чтобы их не уничтожили за чуждую всему цивилизованному миру веру.
Уходя вглубь страны, люди строили свои поселения в таких непроходимых местах, что до них было трудно добраться, а до некоторых и вовсе невозможно. Но те, кто, каким-то образом, к ним добирались, уже были вымотанными и обессиленными, до такой степени, что ничего не могли сделать. И тогда местные жители исподтишка нападали на них и жестоко убивали.
Отряд из нескольких человек ещё как-то худо-бедно сопротивлялся с нападающими жителями и устраивающими западню и ловушками, то одинокий путник этого никак не мог сделать и мгновенно был убит. А если кому-нибудь и суждено было вырваться из этой смертельной ловушки, то дикие звери, чувствуя их страха и запах крови, шли по следу и завершали начатое людьми.
Человек убивая своего врага или непрошеного гостя, оставлял нетронутыми их тела там, где тот принял свою смерть, а от нападения диких зверей – ничего не оставалось, даже костей и пятен крови.
Вильгельм, путая следы, чтобы его не догнали цыгане, плутал по лесу. Охотник точно не знал, шли они за ним или нет. Но будь он на месте цыган, то обязательно стал бы преследовать вора, а когда догнал, то убил.
Блуждая по лесу, Вильгельм, опасался выходить на дорогу, чтобы не попасться на глаза местным жителям, которые смогли бы поведать преследующим его цыганам, в какую сторону он отправился, впервые в своей жизни заблудился. Думая, что с каждым шагом приближается к городу, он, наоборот, всё дольше и дальше от него удалялся.