Гоблин шел неторопливо, ловко избегал ям и канав на пути, осторожно обходил заросли, уклонялся от веток. Каждый его шаг приходился на мягкую траву, торчащие корни или большие камни. Он не издавал ни одного лишнего звука, словно сливался с лесом, не шел, а плыл среди моря зелени.
Несмотря на преимущество в росте, демон, едва поспевал за ним. Отвлекаясь на любование красотами природы, он не мог похвастаться такой же ловкостью, постоянно спотыкался о трухлявые пеньки, проваливался в ямы, а под ногами то и дело с хрустом ломались сухие ветки, нарушая спокойствие древнего леса. Колючий кустарник цеплялся за одежду, от чего демон пару раз чуть не упал и громко выругался на неудобное устройство местных тропинок. В своей краткой, но пылкой речи, бранно осудил все встреченные препятствия. К сожалению, его грубо прервала ветка, безжалостно хлестнув по лицу.
Опытный охотник впервые столкнулся с таким способом передвижения через чащу, где водились хищники. От нервного напряжения у него по спине ручьем бежал пот. Ему начало казаться, что демон делает это специально и хмурился все сильнее.
Наконец добрались до ручья. Гоблин сунул голову под холодную воду, чтобы остудиться. Хотя шли они недолго, но он чувствовал себя уставшим, будто прошел пол леса. Им очень повезло добраться до ручейка без происшествий. Что бы там не говорили другие, он все больше сомневался в силе и мудрости древней расы.
Осуждающего взгляда своего проводника демон не заметил, радостно плескался в ручье. Раз вода находилась так близко к пещере, забот у него значительно поубавилось. Сначала он вдоволь напился, потом вымыл свои длинные волнистые волосы, умыл лицо, даже постирал одежду. Выглядеть лучше она не стала, зато приобрела приятную свежесть. Избавившись от грязи, он почувствовал себя обновленным и широко улыбнулся гоблину.
— Можем возвращаться.
Охотник содрогнулся, ему предстояло пережить пытку еще раз. Обычно, путешествуя в одиночку или маленькой группой, он старался не привлекать внимание, вести себя как можно тише. В лесу водились опасные существа, даже днем можно наткнуться на хищника, а его спутника это будто бы не заботило, он даже под ноги не смотрел, как если бы ядовитых змей не существовало вовсе.
— Идем, — обреченно произнес охотник и двинулся в обратный путь.
Всю дорогу он крепко сжимал копье и не расслаблялся ни на секунду, пока сквозь заросли не показались очертания их лагеря. Он уже собирался облегченно выдохнуть, как почувствовал опасность, повернув голову, заметил в подлеске серый силуэт.
— Чую волка, — произнес гоблин и ускорился, а потом перешел на бег.
— Разве они не по ночам охотятся? — поинтересовался демон, когда рванул за ним.
Он хотел задать еще несколько вопросов, но налетел лицом на паутину, а в открытый рот попали мелкие листья и мертвые насекомые — добыча пука. Часть из них проскользнули в живот, другие же застряли в горле, вызывая кашель. Из глаз невольно брызнули слезы, и теперь он с трудом мог разобрать дорогу, только мелькающая впереди спина гоблина не давала ему сбиться с пути. Ветки на пути безжалостно хлестали и царапались. Несколько шагов до лагеря выдались для него очень болезненными. Лес своеобразно, а порой жестоко учил своих обитателей выживать и смотреть куда идешь.
Двое гоблинов, оставленные присмотреть за лагерем, заметили их спешное приближение, схватили копья и начали с тревогой осматриваться по сторонам. Охотник со шрамами на плече еще на бегу подал сигнал, а затем все трое выстроились полукругом, выставив перед собой копья. Они заняли оборону за спинками лежаков, чтобы большие кривые ветки с сучьями, хоть на миг могли задержать хищников.
За ними, на земле, распластался демон, запыхавшийся после пробежки. Он начал понимать, как легкомысленно отнеся к дикому лесу, недооценил. Будь он один, то перепугался бы до смерти, но копья гоблинов дарили ему обманчивое чувство защищенности.
— Что там? — спросил юный гоблин.
— Волки, — ответил охотник со шрамом и осуждающе посмотрел на демона.
— Племя гоблинов большое и сильно пахнет, — выдвинул предположение третий охотник, — Волк пришел проверить.
Демон, конечно, не принюхивался специально, однако, когда половина племени окружила его под деревом, дышать стало труднее, поэтому такое объяснение показалось ему вполне разумным. Немного отдышавшись, он сел и оглядел окрестности. Вдалеке, среди стволов деревьев мелькнул серый мех и скрылся в пышных зарослях, затем все стихло.