— Теперь точно не засну, — Лафит потер лицо ладонями, — Надо прогуляться. Освежить голову.
Вернувшись в лавку, он накинул рубаху и отправился на прогулку по ночному городу гоблинов. Зеленые коротышки спали вповалку прямо на полу, ему пришлось перешагивать через них, но ни один не проснулся. С такой толпой даже внутри вместительной лавки Кобе стало душновато.
Посреди ночи не горели костры и поселение, полностью погруженное в темноту, мирно спало, только иногда вдалеке среди хижин мелькали тусклые огни, от факелов патрульных отрядов. Зрение демона позволяло Лафиту хорошо различать дорогу, и он спокойно бродил среди ночи, не боясь заблудиться. Ноги сами привели его на площадь, где все еще стояли клетки с рабами.
Гроза закончилась день назад, но воздух еще сохранил свежесть. Тучи на небе поредели, то тут, то там в просветах между ними проглядывали звезды. Изредка накрапывал мелкий дождик, будто заключительные аккорды недавней стихии. Глубоко задумавшись, Лафит долго смотрел на измученных людей и маленького зверо-человека. Тот дрожал во сне всем телом, подобрав под себя ободранный хвост, больше похожий на изломанную ветку, чем на часть тела.
— Какая печальная судьба, — вслух произнес Лафит.
— Не броди один! — вдруг раздался из темноты шепот.
— Кто здесь? — подпрыгнул на месте молодой демон, огляделся по сторонам.
— Старик-шаман просил за тобой присмотреть, — отозвался охотник.
— Уф. Это ты, — тут же узнал его Лафит, — Иди домой. Ничего со мной не случится.
— Шаман сказал по-другому.
— Ох! Беспокойный старик зря волнуется, — отмахнулся Лафит.
Немного простояв, прогруженный в свои мысли, Лафит побрел обратно. Прогулка не свежем ночном воздухе немного его успокоила, помогла привести мысли в порядок, и он начал зевать, предвкушая крепкий сон на мягких, почти шелковистых шкурах. В траве стрекотали ночные насекомые, порой доносилось хрюканье кабанов. Поселение казалось на удивление мирным, если забыть, кому оно принадлежало.
На половине пути, за спиной Лафита раздался громкий звук, будто тяжелый предмет воткнулся в землю. Он резко обернулся и увидел прямо за спиной торчащее из дороги копье, а в нескольких шагах за ним желтые глаза хобгоблина, блеснувшие в темноте. Намерения незнакомца не оставляли сомнений, в руке он держал большой нож и будто хищник не сводил кровожадного взгляда с демона.
Охотник Лесного племени, тихо и незаметно следовавший за ним, вовремя заметил опасность и бросил копье. Не теряя времени на раздумья, Лафит выдернул оружие из земли и отпрыгнул назад. Там, где недавно находилось его горло, просвистело лезвие ножа, убийца одним прыжком сократил расстояние, но промахнулся.
Темнота и черный кусок ткани скрывали лицо хобгоблина. До сих пор Лафит встретил только двоих и такого высокого и тощего среди них он не помнил. Лицо можно скрыть, но фигуру подделать сложнее. Либо в городе оставались другие хобгоблины, но на глаза ему не показывались, либо нападавший не отсюда.
Сердце гулко билось в груди, дыхание участилось. Едва успевая избежать ножа, Лафит пятился назад и прыгал то в одну, то в другую сторону. При любой возможности наносил короткий удар копьем, чтобы противник тоже почувствовал опасность, но получалось не слишком умело и недостаточно быстро, а вспотевшие ладони слегка скользили по гладкому древку. Хобгоблин постоянно норовил приблизиться к своей жертве, пытался схватить копе или руку Лафита и, если бы не темнота, наверняка бы сумел.
Их странное сражение, где один постоянно шел вперед, а другой пятился, не замирало ни на мгновение. С самого начала, будто поток воды, прорвавший плотину, убийца наступал, не давая Лафиту времени подумать или лишний раз вздохнуть. К звукам ночи добавились редкие удары ножа о дерево, свист разрезаемого воздуха, тяжелое дыхание демона и рычание хобгоблина, когда из темноты в него прилетел камень, запущенный из пращи. Улучив момент, Лафит подцепил наконечником копья шмат грязи и окатил врага с ног до головы.
Сражение длилось совсем не долго, но вскоре оба устали и хобгоблин остановился перевести дыхание, заодно вытереть заляпанное грязью лицо. Лафит получил возможность собраться с мыслями. Вначале он хотел громко закричать и разбудить местных, поступиться гордостью демона, раз на кону стояла его жизнь, но передумал. От убийцы он, возможно, и спасется, а вот как воспримут его слабость хобгоблины не известно. Старик много раз предупреждал об этом.