— Думается сегодня и закончим. Здесь тебя не найдут, потому советую не выходить наружу.
— Ты только воинов с собой возьмешь? — уклонился от ответа Лафит, — Охотник со мной останется? — он показал на храбреца, а тот выглядел очень несчастным, предчувствуя неприятности.
— Да, останется, — прищурился шаман.
— Все будет отлично, — успокоил его Лафит с широкой улыбкой, — Занимайся своими делами спокойно.
Проводив шамана, он некоторое время лежал на соломе в глубокой задумчивости и бурчал ругательства себе поднос. Первая встреча с сородичем закончилась для него подосланным убийцей. Демоны и их империя, какими бы великими и процветающими они не были, теперь вызывали у него только негативные эмоции.
— Как тебя зовут? — спросил он вдруг у отважного охотника.
— Шонуг, — совсем печально ответил тот.
— Мне вот интересно, ты запомнил запах того убийцы?
— Угу, — нерешительно кивнул охотник.
— Хорошо, хорошо, — Лафит поднялся на ноги, — Идем. У нас есть дело.
— Какое?
— Нужно узнать точно, кто нападал. Мы пойдем на площадь, найдем того воина, и ты скажешь он это или нет.
С большой неохотой гоблин охотник последовал за демоном. Все его нутро кричало о грядущих неприятностях и, понуро опустив голову, он едва волочил ноги. Лафит уверено шел вперед с серьезным лицом, не обращая внимания на переживания гоблина. Интуиция подсказывала ему узнать о враге больше, посмотреть на него при свете дня, чтобы при следующем нападении не видеть в нем таинственного пугающего убийцу.
Привычной дорогой добравшись до площади, Лафит не увидел на ней ни клеток с рабами, ни следов каравана. Недолго прогулявшись по окрестным улицам, вдоль которых ровными рядами стояли высокие деревянные строения, принадлежавшие хобгоблинам и другим богатым членам племени, он нашел караван. Работорговец вместе со своей свитой остановился в гостевом доме с просторном двором, окруженным кустарником, стойлом для ездовых животных и даже складом.
Прямо за главным жилым зданием, в тени большого раскидистого дерева отдыхал волосатый носорог, обвешанный деревянными клетками. Теперь внутри них сидели недавно купленные рабы. Другого гиганта, переносящего карету, мыли и чистили прямо во дворе, так как барон любил чистоту. Остальные слуги суетились вокруг ездовых кабанов, вынося из дома тюки с неизвестным товаром. Караван готовился к отбытию из Хиз-Кабал.
Из-за живописных кустарников, выросших между хижинами гоблинов, Лафит наблюдал за большим гостевым домом и беготней прислуги. Рядом с ним послушно стоял хмурых охотник. Он свою задачу выполнил, только воин в железном шлеме появился, гоблин смешался с группой местных, проходящих мимо и точно установил, личность убийцы. Время шло, но Лафит продолжал наблюдать за домом и, казалось, не собирался уходить.
— Мы уже долго тут сидим, — заметил охотник, — Чего мы ждем?
— Не знаю, — неопределенно ответил Лафит, — Вдохновения?
— Чего?
— Ты глянь! Прислуга разошлась на перекус.
Дав сигнал охотнику следовать за ним, он пригнулся и пробежал между хижинами, пересек узкую улочку и незаметно проскользнул к стойлу волосатого носорога за гостевым домом. По-хозяйски похлопав гиганта по ноге и погладив грубую шерсть, он широко улыбнулся. Когда зверь только появился в городе ему сразу захотелось его потрогать. Потом он деловито осмотрел клетки с рабами.
— Нельзя же оставлять ценный товар без присмотра, — искренне возмутился Лафит, сняв с пояса топор, — а вдруг воры. Мы все же в поселении гоблинов от них всякого можно ожидать.
Сразу после этого справедливого замечания он со всей силы рубанул увесистым оружием угол одной из клеток, и та развалилась. Из нее на землю выпал несчастный раб, тот самый ребенок с перебинтованной головой и переломанным хвостом. Он лишь ненадолго приоткрыл глаза и снова провалился в забытие.
Охотник Лесного племени, послушно стоявший рядом, от страха едва не терял сознание. Он отказывался верить, что все происходило на самом деле. Прежде никто и некогда не осмеливался портить вещи хобгоблинов, а тем более демона. Дальше случилось просто небывалое, Лафит взял большой мешок из разложенных рядом со стогом сена и засунул туда раба. Ненадолго затаив дыхание и прислушавшись, он закинул мешок на спину.