— О! Тот мерзкий цветок! — воскликнул Лафит, — Выстрелил мне в лицо своей усыпляющей пыльцой!
— Помню, помню, — проследил направление его взгляд шаман, — Цветочный сон.
— Точно! — мстительно прищурился демон, глядя на фиолетовый бутон, — Я тогда пол дня провалялся, не меньше. Дайка я его камнем …
— Не надо! — дружно воскликнули воины.
— Ладно, — успокоил их Лафит, — у меня есть другая отличная идея! Сделаю мину-ловушку или нечто вроде того.
Слово ловушка гоблины поняли, но их настораживало, что демон продолжал двигаться к скоплению опасных бутонов. По пути он повязал на лицо тряпку, а в руке держал небольшой кусочек ткани. Выбрав бутон, стоящий немного в стороне от основного скопления цветков, Лафит осторожно накрыл его рукой, с куском ткани. Лепестки не раскрылись и не выстрелили свой сонный порошок. Очень медленно, пальцами он преломил стебель и сразу отступил назад. Гоблины наблюдали затаив дыхание.
— Ну вот, — выдохнул Лафит, — У нас есть ловушка.
На тропинке, где они недавно прошли он оставил бутон, накрытый тряпкой, приткнул его к уголку большого листа папоротника. Веса ткани хватало, чтобы не позволить цветку раскрыться раньше времени. Как и с первой ловушкой Лафит не знал, сработает или нет, сохраняло ли сорванное растение свои свойства, но стоило рискнуть.
— Надо бы идти к деревне, — произнес шаман, — под защиту племени. Хватит бестолку бродить по лесу.
— Хорошо, — кивнул Лафит и вытянул руку, — подземелье там.
Тем временем, по следу демона шел очень рассерженный хобгоблин. Из-за непроходимых зарослей ему пришлось идти пешком, хотя начал преследование на ездовом ящере. Недавно из-за коварной ловушки, поставленной подлым вором, его команда гоблинов полностью вышла из стоя, и у него не осталось другого выбора, как отправить их обратно в Хиз-Кабал, а преследование продолжать уже в одиночку.
Ему совсем не нравилось такое положение дел, демон владел магией и его сопровождала группа гоблинов. Любое прямое столкновение закончилось бы для него плохо, поэтому, вынюхивая следы он думал о нападении из засады, представлял, как тихо незаметно подкрался бы к цели и перерезал горло. Удивленное лицо жертвы радовало его больше всего, оно означало победу. Тут ему на глаза попался кусок ткани и от него несло вором.
— Глупый демон, — рассмеялся он, — Оставил столько следов. Найти его слишком легко.
Хобголин наклонился и недолго думая схватил тряпку и начал рвать на мелкие части, чтобы вымесить злость. По вине жалкого безродного демона ему пришлось таскаться по лесу. Он сжал кулак, глядя через неизвестно откуда взявшееся облачко коричневатой пыльцы. Веки начали тяжелеть, стиснув зубы, хобгоблин сдал шаг, но ноги подломились, и он завалился в кусты, ломая ветки.
— Убью! Убью! А-а-а! — верещал он, очнувшись через несколько часов, -Убью сволочь! Разорву на части, сожру сердце!
Все его тело покрывали раны от укусов насекомых, на ноге появилась сильная болезненная опухоль видимо от яда, а когда он только открыл глаза, его палец пытался отгрызть мелкий зверь. Хобгоблин воткнул кинжал прямо в череп наглому созданию и взывал от ярости на весь лес. За время сна запах демона сильно ослаб и найти его стало сложнее. Еще никогда он не чувствовал такой сильной ненависти, изо рта капали слюни с пеной.
Между тем Лафит счастливо улыбался после очередной тренировки с магией и наслаждался мясом недавно пойманной птицы. У него пока не получалось выполнить прием, показанный шаманом, но он достиг нового уровня понимания, а контроль над энергией в теле значительно улучшился. От постоянных тренировок у него возникло ощущение, что количество маны постоянно росло, хоть и совсем по чуть-чуть.
— Почему он не приходит в себя, — спросил Лафит, наблюдая за лечением маленького раба, — Жар у него спал.
— То мне не ведомо, — покачал головой старик, — Может просто не хочет. Закрывая глаза, он лежал в клетке, поэтому хочет остаться во сне. Там ему лучше.