— Эм … да … наверное … сейчас. Минутку. Тут неудобно … Все. Отпустил. У вас отличная фигура!
— Я знаю! — с этими словами незнакомка поднялась на ноги.
Глава 37. Обнаженная ярость.
Человек в теле демона сел и осмотрелся. У стены тускло горел слабый язычок пламени от факела, его свет почти погас и в темноте Лафит видел над собой лишь черный силуэт. Не желая бродить по каменным коридорам на ощупь, он поднялся с земли и сходил за факелом, пока тот окончательно не потух. В его руке пламя разгорелось ярче, а свет постепенно распространился по всей пещере.
Сохраняя на лице невозмутимость, Лафит приблизился к обнаженной незнакомке и, наконец, рассмотрел ее с ног до головы. Длинные стройные ноги, широкие крепкие бедра, тонкая талия и другие вдающиеся достоинства делали ее фигу почти идеальной. Лафит не знал своего точного роста, но женщина не сильно ему уступала, слишком высокая по меркам гоблинов. Черты лица и надменный вызывающий взгляд из-под полу прикрытых век показались ему до боли знакомыми, напоминали одну заносчивую гоблиншу, ради которой вождь Камо не по одному разу обыскал весь окрестный лес.
— Иффе? — вырвалось у него.
— Да, — гордо вскинула голову жена вождя.
— Но как … откуда … Серьезно? … что? Поверить не могу, ты стала … хобголином! — он невольно вытянул руку, будто собирался прикоснуться.
— Снова хочешь потрогать? — ехидно ухмыльнулась она и подалась навстречу, выпятив грудь.
— Э-э-э, нет. Я бы …, но нет.
— Ха-ха-ха, — рассмеялась Иффе, очень довольная собой, — у нас получились бы отличные детки.
После этих слов она пошла к лестнице, плавно покачивая бедрами, на третей ступеньке обернулась через плечо, чтобы проверить, куда направлен взгляд демона. Как она и хотела, он смотрел на нее. На лице Иффе мелькнула загадочная улыбка, а в глазах блеснул озорной огонек. Лафит не заметил, так как погрузился в размышления. Новая внешность жены вождя произвела не него сильное впечатление, хотя не совсем такое, как рассчитывала Иффе.
«Она очень похожа на человека, как и я. Мне довелось видеть только трех хобголинов, но ни один из них не имел такого вида. От шамана Черепов у меня вообще мурашки. Жуткое чудовище. Другие не лучше, но при том все немного разные», — думал он, — «Иффе тоже отличается. Если бы не зеленоватая кожа и острые уши, она вполне бы сошла за человека. В чем причина их различий? Непонятно».
Когда Иффе вышла из подземелья, гоблины вскочили с мест и схватились за оружие, Джуро подпрыгнул на метр вверх, а затем с коротким вскриком бросился в кусты. Он ловко бегал на двух ногах, но при возникновении серьезной опасности использовал руки и передвигался уже на четырех. Его удаляющийся хвост мелькал среди папоротников. Лафит провожал взглядом стратегическое отступление Джуро и невольно вспомнил кошек из другого мира, когда они в панике разбегались в разные стороны.
Увидев демона целым и невредимым, охотники немного успокоились. Под их настороженными взглядами Иффе спустилась на поляну, прошла к центру лагеря, а затем вальяжно развалилась перед очагом. Нагота ее нисколько не смущала, наоборот она очень гордилась своей новой внешностью и не стеснялась показать ее всем. С новым обликом женщина вела себя еще более раскованно и властно, чем обычно.
— Чего стоите? Несите еду! Живо! — приказала она гоблинам.
— Это Иффе, — просветил их Лафит. - Она теперь вот ... такая.
Лица охотников вытянулись от удивления, кажется, новость совсем их не обрадовала. Урул открыл рот и невольно выронил топор из рук, а двое других нахмурились. Жена вождя и раньше пугала до чертиков всех членов племени, а теперь став хобгоблином и подавно. Трое охотников прямо кожей чувствовали приближение неприятностей, впереди их ждали очень непростые дни.
— Джуро! — крикнул Лафит в сторону зарослей, — Не бояться! Выходить!
На лице Иффе играла счастливая улыбка, ей очень нравилось наблюдать за реакцией гоблинов и зверо-человека. Страх и паника пробуждали в ней инстинкты хобгоблина и напоминали об обретенной силе, а вместе с ней и власти. Теперь она стала самой главной в Лесном племени и пока еще не решила, с чего начать свое правление. Для начала хотела утолить ужасный голод, от которого начинала болеть голова и живот припал к спине. Раньше она могла похвастаться пухленькой фигурой, крепким телосложением, а теперь выглядела сильно истощенной, словно не ела несколько недель.