Под защитой воинов Лафит переводил дыхание, упершись руками в колени. Капли пота стекали по носу и падали на землю. Вокруг слышались звуки яростного сражения. Нежить добралась до заграждения и начала атаку на лагерь, а ему все еще не удалось расчистить дорогу к отступлению. Он ощутил большую разницу в силе между собой и Иффе, для нее только неживые орки и тролль представляли серьезную угрозу, а остальные не выдерживали даже одного удара.
— Я бы … уф-уф … вам показал… фуф… уроды, — пригрозил он, запыхаясь, — Только маны жалко.
Лагерь гоблинов напоминал огромное гнездо с толстыми широкими стенами и разбросанными вокруг ветками, будто полосой препятствий. Хотя высота заграждения доходила Лафиту лишь до пояса, ноги нежити застревали в корягах, а колья мешали двигаться. Под напором своих же союзников мертвецы падали, пытались заползти на стену из веток, подставляя облезлые черепа под удар.
Идущая следом нежить не останавливалась несмотря ни на что, наступала на упавших, ползла по ним, при этом проваливалась сквозь гниющую плоть и становились легкой мишенью для топоров воинов. Колья вокруг и шаткие ветки под ногами мешали мертвецам размахивать ржавым оружием, поэтому они тянулись к живым костлявыми руками, будто уже предвкушали на зубах свежую кровь.
Наполовину сгнившие звери пыталась перепрыгнуть преграду, но, как и остальные, натыкалась на колья или застревала среди нагромождения веток, попутно оставляя на них куски кожи и плоти. Облезлые, с торчащими костями, трупы животных открывали челюсти, кровожадно смотря на гоблинов, и ждали возможности возить свои зубы в живую плоть. Они безумно бросались вперед мешая друг другу. Вскоре поверх веток начал нарастать слой из разбитых костей вперемежку с гнилой плотью, а под ногами валялось ржавое оружие.
— Мне не нравиться. Их слишком много, — раздался испуганный голос юного гату.
Посреди творящегося безумия, Джуро вертел головой во все стороны с паникой на лице. Около тридцати гоблинов-воинов защищали южную и западную часть лагеря, на северной стороне неистовствовала Иффе, на оставшемся отрезке стены держал оборону демон вместе с шестью охотниками и парой воинов.
Нежить обступила лагерь плотным кольцом, вонь мертвечины заполнила всю округу. Бывший раб сжался в комок и уже сотни раз пожалел, что пошел за Лафитом в жуткий лес, проклинал себя, что не хватило смелости вернуться к пещере одному. Ощущение беспомощности накрыло его, а вмести с ним пришло осознание того, что если нежить одержит верх, то убьет его, растерзает на части грязными гнилыми зубами.
Дрожа всем телом, Джуро подошел к заграждению из веток, через которое настойчиво ползли мертвецы, цепляясь руками. Он крепко сжал копье с большим камнем вместо наконечника, а затем широко замахнулся, прогнувшись назад всем телом, и по широкой дуге опустил оружие на голову мертвеца. В лицо прилетели липкие ошметки костей и гнилой плоти, заставив его невольно вздрогнуть и отпрыгнуть назад. Враг больше не двигался, его череп разлетелся на части. Зверо-человек перехватил оружие поудобнее и снова шагнул вперед.
К нагромождению веток подобрались облезлые скелеты орков, медведей и троллей. Благодаря силе и габаритам они отбрасывали части заграждения в сторону, иногда вместе с мелкой нежитью и уверено шли вперед. Один из них поднял живого мертвеца и собирался забросить внутрь лагеря, но заклинание бдительного шамана оторвало ему руку.
— Думается мне, они не совсем пустоголовые, — прищурился старик, — или рядом Лич.
Подняв над головой посох, он выпустил магический снаряд прямо в череп однорукого орка, превратив его в ошметки костей. Безголовый скелет, как бревно, рухнул на идущих позади мертвецов.Шаманка Эну тоже начала атаковать крупную нежить. Из ее посоха с хлопком вылетели ледяные колья, пробив грудину и вырвав кусок позвоночника ближайшему скелету орка. Остатки тела рухнули под ноги наступающим мертвецам.
За спинами нежити, среди ночного мрака сверкнули бледно-зеленые всполохи магии. В следующий миг три снаряда поразили щиты гоблинов и с шипением начали разъедать железо, один из них попал по заграждению из веток, превратив дерево в труху. Воины сразу отбросили поврежденные щиты в сторону, но следом из темноты на них обрушился дождь из костяных игл, каждая величиною с палец. Приглушенные удары о землю смешались с криками раненых воинов.