Вместо бесполезной траты сил Лафит собрал хворост, сухие листья, мох и развел костер. Он хотел прижечь существо горящей веткой. К тому времени легкое жжение на ноге превратилось в жгучую боль, будто его заживо переваривали, поэтому пришлось торопиться. Когда костер разгорелся, он положил на существо раскаленные угли, однако они быстро потухли на большом куске грязи. Тогда в ход пошла горящая ветка, однако она нагрела слизь до кипятка и обожгла ногу, но заметных результатов не принесла.
— О! Я нашла камешек внутри, — воскликнула Иффе, держа в руках овальный предмет похожий на бусину, — Ох! Оно умерло. Смотри, — она тряхнула ногой и кусок грязи отвалился.
— Ты нашла ядро! — предположил Лафит, — Как я сам не додумался? У них должны быть хоть какие-то органы, раз уж они живые.
Глядя на твердый шарик на ладони Иффе и очевидно мертвое существо под ее ногами, Джуро быстро сообразил, что делать. Он запустил обе руки в жижу и через некоторое время вытащил похожий предмет. Одна тварь начала терять форму и упала на землю, как обычный ком грязи. По примеру остальных Лафит принялся обезвреживать слизня на левой ноге, в то время как другой медленно подниматься к животу. На помощь пришла Иффе и, обхватив демона со спины, запустила обе руки в густой комок грязи.
— Эй! Не оторви там ничего важного, — на всякий случай предупредил Лафит, — Не перепутай!
— Пф, — закатила глаза женщина, будто говоря, там нет ничего важного, и она точно не перепутает.
Как только у существа обнаружилась слабость оно было обречено. Вскоре на земле лежали неподвижные останки слизней в виде лепешек землистого цвета. Обычное животное не сумело бы им противостоять и скорее всего погибло. Естественное желание схватить врага зубами закончилось бы для них удушением, так как существо просто переползло бы на голову, перекрыв дыхание. Оно уже пыталось таким способом убить Джуро, даже добралось до его груди, протягивая склизкие щупальца к шее, но не успело.
На тех местах, где слизни сожрали внешний слой кожи остались красные следы, напоминавшие ожог. Лафит достал из сумки баночку с лечебной мазью, выданную стариком-шаманом, потом намазал сначала раны Иффе, затем Джуро, остатки использовал на себя. Борьба со слизью отняла много сил, поэтому они устроили привал, развалившись на земле.
Над головами мерно покачивались кроны могучих деревьев. Человек в теле демона внимательно осмотрел их на предмет злобных насекомых, а потом привалился голой спиной к стволу дерева. По поверхности коры тянулось несколько тонких стеблей с яркими листьями, он даже сорвал один, понюхал, но оно ничем не пахло. Из сумки выползла Лили и бдительно следила за округой. Паучий лес не давал расслабиться постоянно держал чужаков в напряжении, но демон слишком устал, он прикрыл глаза, слушая звуки леса, и тут же задремал.
Через некоторое время у него начала зудеть спина, пальцы, а вытянутые для расслабления ноги жутко чесались. Он тут же проснулся и вскочил на ноги, ожидая увидеть по всему телу ядовитых насекомых, но не нашел ни одного, хотя тело покрывали красные пятна и мелкая сыпь. Лежавшая пластом прямо на земле Иффе услышала движение и приподняла голову.
— Ядовитый плющ, — кивнула она и легла обратно.
— Да ладно? — стиснул зубы Лафит, — Проклятый лес! Я тебя сожгу к чертям собачим! Оставь уже меня в покое! Тебе так сложно дать мне чуть-чуть отдохнуть?
— Помажь грязью. Полегчает, — посоветовала женщина, не открывая глаз.
— Хватит с меня грязи! — отказался Лафит, — Вижу все отдохнули. Тогда идем дальше. Нам надо найти подземелье до наступления темноты.
Никто с ним не спорил. Трое разведчиков отправились дальше через Паучий лес. На ногах у них остались следы ожогов от слизи, в виде неровных красных пятен. У Джуро на тех местах исчез мех, поэтому он походил на облезлого бездомного кота. Из-за ядовитого плюща Лафит покрылся сыпью почти по всему телу и выглядел ужасно, при том постоянно чесался. Он с завистью смотрел на хобгоблиншу, которая почти не пострадала. Впереди, как и прежде бежала крыса. Она быстро нашла дорогу в обход опасной низины со слизнями, не потеряв следов нежити.
После пережитого они чаще смотрели под ноги, избегали любых скоплений грязи и вообще вели себя очень насторожено. Порой, не сговариваясь, все трое замирали при подозрительных шорохах или треске веток неподалеку, а Иффе доставала оружие. Причиной чаще всего оказывался мелких зверек или ветер, но никто не расслаблялся.