- Хватит, - поднял руку вождь, - пусть каждый выскажется. Потом решим, что делать.
- Предлагаю всыпать Иффе розгами, чтобы впредь знала свое место, - предложил обиженный старик.
- Пф, - гоблины шумно засмеялись, но, злобный оскал жены вождя, быстро их успокоил, все кроме мужа и шамана относились к ней с некоторой опаской.
- Почему бы самим не изловить магического зверя? - предложил один из воинов, - Выследим и навалимся всем племенем. Костей получим целую кучу.
- Хех, дорого нам тогда обойдутся амулеты, - скривился один из старейшин, - эти существа намного сильнее и умнее обычных зверей. Вместо охоты сами станем добычей. Я против!
- Только главные племена рискуют на них охотиться. Слишком опасно! – поддержал его другой.
Наступило долгое, тягучее молчание. В очаге потрескивали смолистые дрова, язычки пламени радостно танцевали на них, даря тепло и свет. Участники совета задумчиво смотрели на огонь, будто бы хотели увидеть там ответ. Несколько крохотных искр, словно обеспокоенные светляки, взлетели вверх и вместе с горячим воздухом и дымом устремились наружу через круглое отверстие в крыше.
Гоблины не спешили, им предстояло сделать непростой выбор, либо ничего не предпринимать и надеяться, что маг не вернется, либо рискнуть и навестить агрессивных соседей. В худшем случае у тех не окажется материалов для изготовления зачарованных предметов или они не захотят их продавать, зато такой неожиданный визит обязательно принесет кучу неприятностей.
- Кхем, черный колдун давно не появлялся, - нарушил молчание второй старейшина, - сдается мне, он больше не вернется. Я против торговли с племенем Черепов. Обойдется еще дороже, чем драка с колдуном.
- Точно, они просто ограбят посланников или хуже того убьют. Кровожадные ублюдки, - поддержал его другой.
- Что, если сходить к племени Ядовитые жала?
- Почти двадцать дней хода через лес, если поспешить, и еще столько же обратно, - покачал головой охотник, - идти придется мимо территории Черных Зубов. Племя мелкое, но очень злобное. Вот они-то точно попытаются убить торговцев и присвоить их вещи себе.
- К Собирателям Черепов пойду я и возьму с собой демона, - лениво предложила Иффе.
- Не позволю! – запротестовал вождь, - Они не отпустят тебя. Ты … ты … слишком красивая гоблинша.
- Мало я тебя драл в детстве! – поддержал его шаман, - чтобы жена вождя закончила жизнь рабыней … никогда!
- Не станут они никого убивать и брать в рабство тоже, - отмахнулась Иффе, - Хотели бы, давно перебили все остальные племена, а вместо этого они с нами просто торгуют. Кудахчите, как перепуганные фазаны!
- Мы не за себя боимся! Я хоть сейчас готов пойти и отрезать им столько голов, сколько смогу, пока меня не порубят на части, - вождь грозно насупил брови, - Они не по доброте своей сюда не суются! Просто знают, что не отделаются малой кровью. Но там … ты будешь в их власти.
- Хорошо, тогда я возьму с собой этот трухлявый пень, - она указала пальцем на шамана.
- А зачем ты мне сдалась? Какая от тебя польза? Хватит меня и демона, - фыркнул старик, - его никто трогать не станет. К Собирателям Черепов иногда наведываются демоны и они побоятся портить отношения.
— Вот и замечательно, - расслаблено потянула Иффе, - Когда выдвигаетесь?
Гоблины переглянулись, шаман недовольно цокнул языком и нахмурился. Жена вождя неудержимо стремилась манипулировать другими, всеми способами старалась навязать свое мнение. С тех пор, как она получила дозволение посещать совет, жизнь старейшин сильно усложнилась. Ее бы давно исключили, если бы не предлагала ничего дельного, но, к всеобщему сожалению, соображала она лучше воинов, а в хитрости и подлости ей вообще не было равных.
- И не надейся! Ничего еще не решено, - осадил ее вождь, - До рассвета много времени и мы обстоятельно все обсудим.
- Пф, - Иффе раздраженно скривила губы, а потом, скрестив руки на груди, нарочито закрыла глаза, будто разговор ей наскучил.
До завершения совета она хранила молчание, будто разговор ей и вправду наскучил, не принимала участия в обсуждении, но бывалые воины и старейшины, то и дело поглядывали на ее, выискивая малейшую реакцию на свои слова. Едва заметный кивок — и речь говорящего обретала уверенность. Легкое, брезгливое поджимание губ или наморщенный нос — и слова застревали у него в горле, заставляя спешно замолкать. Совет закончился, когда первые лучи солнца начали пробиваться в дымное отверстие хижины. Усталые гоблины молча разошлись, унося с собой груз тревог.