Выбора у Лафита не было, с большой неохотой он примерил штаны. Они все же оказались мужскими, вот только демону пришлись не по размеру, коротковаты, а на талии, наоборот, болтались. К счастью, пояс из веревки помог решить эту проблему. Помимо прочего в куче вещей нашлись старенькие кожаные сапоги. Качественно изготовленные, мягкие и удобные они хорошо сидели на ноге и вдобавок скрывали настоящую длину брюк.
Среди всех вещей лесным дикарям очень понравилось яркое зеленое плате с вырезом, вероятно из-за цвета, а не изысканного кроя и они настоятельно советовали добавить его к образу торговца. Лафит решил полагаться только на свой вкус при подборе одежды и, к великому огорчению гоблинов, остановил свой выбор на простой светло-коричневой рубахе, больше остальных напоминавшей мужскую. Прежде чем надеть, оборвал с нее белый узорный воротник, чем поверг дикарей в шок.
Благодаря худому телосложению женская рубаха пришлась ему впору, а рукава он закатал по локоть и теперь выглядел вполне прилично, даже лихо. В качестве завершающего штриха шаман повесил ему на шею амулет и бусы из костей. Охотники предлагали проколоть демону ухо, чтобы вставить туда клык волка, но Лафит наотрез отказался. Выброшенный за ненадобностью узорный воротник, подобрал Урул и с довольной улыбкой повесил себе на шею. Ничего не пропало зря.
Накануне, хранитель подземелья приказал своему пауку сделать как можно больше паутины для торговли. Бедняга старался изо всех сил и исполнил все в лучшем виде, хотя измотался так, что еле передвигал лапками. Закончив с переодеваниями, Лафит отправился в подземелье забирать готовый товар, похвалить паука, а заодно попрощаться со своими верными слугами перед долгим походом.
— Паук! Ты где? Ага, вижу! — он подсветил факелом арку на входе в некогда зловонную пещеру, где висела паутина и блестели холодные глаза ее создателя.
Количество получившегося за ночь материала превысило самые смелые ожидания демона. На прочных нитях покачивался большой плотный кокон из паутины, размером не меньше кулака. Перед тем как забрать, Лафит потрогал его пальцем, не липкий, только потом сорвал, будто спелое яблоко и убрал в сумку.
— Отличная работа, — искренне похвалил он паука.
Хотя раньше Лафит не продавал паутину, но по виду мог оценить высокое качество товара, поэтому не сомневался, что шаманы и знахари большого племени предложат за него достойную цену. Под ногами тревожно мельтешила крыса, предчувствуя долгую разлуку с любимым хозяином.
— Охраняйте мох! — приказал он своим верным питомцам, для пущей убедительности подошел и показал пальцем, — Смотрите, чтобы никто его не ел! Всех виновных казнить на месте! Следите тут за всем. Крыса остается за главного. Эм … надо бы придумать тебе имя, когда вернусь.
Помимо паутины Лафит подготовил и другие товары, пригодные для обмена. На плечах у него висел большой рулон из шкурок, щедро предоставленных тремя охотниками, в том числе Довуром. В сумке лежали большие мотки довольно неплохой веревки, сплетенной Лафитом собственноручно, в общем, к предстоящей торговле он подошел со всей серьезностью. Если по пути попадется что-то еще ценное, то без железного оружия от точно не останется.
В хорошем настроении он вышел из подземелья. На поляне его уже ждали полностью собранные и готовые к походу гоблины. Шаман махнул рукой в сторону леса, и они двинулись в путь. Лафит еще раз проверил все свои вещи, осмотрел сумку, убедился, что ничего не забыл и бегом догнал маленький торговый караван.
Амулеты бренчали на шее, большой рулон из шкур бил по спине, а душа трепетала от предчувствия приключений. Молодой демон улыбался от уха до уха, радовался, словно ребенок. На ходу он обернулся, бросил последний взгляд на лагерь и помахал на прощание крысе, охотникам, всем кого оставил позади. Довур выглядел подозрительно счастливым, улыбался во все зубы, но Лафит не придал этому большого значения.
Ветви деревьев отбрасывали на землю пестрые тени и почти закрывали небо от глаз путников. Под ногами шуршала трава, с треском ломались ветки, скрытие под лесной подстилкой и травой. С мелодичным жужжанием мимо пролетали по своим делам пчелы, в пышных зарослях шныряли потревоженные животные и птицы.