— Хочу обменять именно эти вещи. Я очень бережливый. Не трачу ничего впустую. Все мои товары хорошего качества, — уверено произнес Лафит, — бережливость залог богатства. Разве нет?
— Согласен. Жаль не все это понимают, — с серьезным лицом кивнул Кобе и начал осматривать имущество демона, — Так посмотрим. Шкура ящера хороша, а остальные стоят мало. Добротная веревка. Сгодится. Отличный череп и кости.
Старик Кобе задумчиво почесал голову под чепчиком и поплелся в угол хижины к большому сундуку. Щелкнул замок, скрипнула крышка, потом некоторое время раздавался звонкий лязг железа. Гоблин вернулся с двумя предметами в руках: стареньким кинжалом с деревянной рукоятью и не мнее старым топором. Несмотря на поношенный вид, за оружием явно ухаживали и заточенные железные края сверкали в свете очага.
— Выбирай одно из двух, — произнес он, — я согласен на обмен.
«Вот блин, а об я не подумал! Что выбрать?» — размышлял Лафит, переводя взгляд с одного оружия на другое.
Он вспомнил недавнее сражение с ящером и подумал выбрать топор. Нож, конечно, полезен у него много применений, но сражаться им гораздо сложнее, надо подпустить противника близко и только потом наносить удар. Пользоваться ножом он не умел. Его навыки ограничивались нарезанием овощей и способностью заострить деревяную палку. Топором ему уже приходилось махать, к тому же тот широко использовался для ремесла или строительства.
«Цены тут ниже, чем в Лесной деревне», — улыбнулся Лафит и крепко схватил рукоять топора, — «Наконец-то! Хорошо, что я сюда пришел! И это только начало!»
Не в силах сдержать радости он скалился во все свои белоснежные зубы. Топор старый, много раз заточенный, но без сомнения надежный, на поверхности виднелись царапины, следы от ударов другого оружия или стрел, но железо не скололось, не подалось времени. Маленькие пятна ржавчины то тут, то там, не виляли на прочность и даже придавали брутальности.
— Приятно иметь с тобой дело, — торжественно произнес демон.
— Большая честь для меня, — поклонился Кобе, хитро прищурив глаза.
Скрепя сердце он согласился на обмен, все-таки предложенные вещи стоили мало, однако чутье торговца подсказывало ему, что заполучить доверие демона важнее и в будущем оно принесет плоды. Не даром шаман Лестного племени так его опекал. Тут, очевидно, крылся большой секрет, сулящий немалую прибыль, а сам юноша не такой простой, каким казался на первый взгляд.
— Другой раз приходи сразу ко мне, — широко улыбнулся Кобе, — Я самый честный торговец в округе.
— Конечно, — кивнул Лафит.
Наблюдая за ним, старик шаман тяжело вздохнул. Он опасался, что новый топор сделает юного демона еще безрассудней. Железное оружие порой наделяло владельца ненужной смелостью, создавало ложное ощущение защищенности. Вместо побега неопытные жители леса решали встретить врага лицом к лицу, а потом погибали. Будь его воля, он бы оттягивал момент получения опасной железяки, как можно дольше.
Когда пришло время отходить ко сну, Лафит тщательно завернул топор в кусочек шкуры и лег с ним в обнимку. Прежде у него не имелось ничего кроме старой рваной одежды, теперь вот железное оружие и шансы на выживание в лесу заметно повысились. Медленно, но уверено он шел к своей цели, шаг за шагом. Улыбка играла на его лице, во сне молодой демон видел себя окруженным богатством и комфортом, где кровати без насекомых, а комнаты не пахли потными гоблинами.
Следующий день выдался пасмурным. Серые тучи закрыли небо, но Лафит все равно отправился на городскую площадь. На случай спонтанного возникновения рынка на дне сумки лежал моток паутины размером с кулак. Конечно, за поясом болтался старенький железный топор, а на лице маска равнодушия достойная демонов. Рядом с ним молчаливо плелся охотник Лесного племени. Главная его задача заключалась в том, чтобы не дать демону попасть в неприятности, а когда они уже произойдут сразу сообщить шаману.
— У-у-у! Сколько народу! Сегодня здесь оживленнее, — Лафит оглядел площадь, — надеюсь ничего религиозного.
Большое скопление гоблинов вполне могло превратиться в рынок, вот только суетились они перед огромной горой черепов, служившей местом проведения религиозных ритуалов. Кровавый алтарь на вершине являлся тому подтверждением. Если у племени сегодня намечались жертвоприношения или прочие зверства, то Лафит не горел желанием на них смотреть.