- Сделать предложение, - она искоса глянула на Иллигеаса. – Я хочу говорить с Раальдором, братом моего отца. Ведь он еще не забыл, что является младшим сыном Аргальмара? Проводите меня к нему, а моего спутника отведите в гостевую комнату. Он устал с дальней дороги.
- Позволь… - Иллигеас не успел договорить.
- Нет, я тут имею больше прав, чем ты, - оборвала она его.
Легкий толчок в спину мага, дал сигнал идти.
- Что ты задумала? – спросил он у Эларор. – Я думаю, ты нарушаешь планы своего отца!
- Разве ты знаешь планы моего отца? – та обернулась к нему с очень хитрым взглядом.
Оружие у нее отобрали, но она не сопротивлялась. В ее глазах бегали искорки, слишком хитрые. Больше она отвечать не стала, лишь отдала распоряжения насчет коней. Вела она себя, как хозяйка, уверенно и смело. Иллигеасу оставалось, только молча подмечать дорогу, что он и делал.
Город, который открывался им навстречу, был меньше и скромнее Белого Города, и все же имел свое великолепие. От его вида становилось теплее на сердце, да и эльфы, которые вели их в город, не были так холодны. Пройдя сквозь арки и ряды лучников, они вошли на мост, а после их пути разошлись.
Иллигеасу досталась просторная комната, с умывальней, кушетками и чашей с фруктами. Эларор же исчезла в башне. К магу приставили охрану. Двое лучников остались ждать у дверей, и один вошел с ним внутрь. Он тоже встал у дверей, так что уединиться Иллигеас смог только в умывальне. Холодной водой смыв всю дорожную пыль с лица и освежившись, он вышел в гостевую и сел на кушетку, устало откинувшись на жесткую спинку. Эльф стоял и наблюдал за ним.
- Я могу обратиться к тебе с вопросом? – осторожно заговорил с ним Иллигеас.
Лучник кивнул. На его лице не отражались ни злоба, ни презрение.
- Можешь, - отозвался он.
- Где расположены ваши земли?
- За срединным морем, - ответил эльф.
- Я не видел их на картах Халдрагара. Вероятно, сильная магия укрывает вас от взора… - предположил маг.
- Верно. На картах смертных ее нельзя увидеть. Так же, как и на картах магов, - его голос звучал спокойно и уверенно.
- Особая магия… - проговорил про себя Иллигеас. – Я полагал, у вас единый король…
- Нет, - страж указал ему на чашу с фруктами. – Тебе следует восстановить свои силы. Более я не буду с тобой разговаривать.
Маг вежливо ему кивнул, и устроившись удобнее на кушетке, взял ветку винограда. Волнение сменилось спокойствием, и он стал ждать. Из его окна виднелась королевская башня, и Иллигеас решил применить магию. Тонкая капелька силы появилась на его пальце. Прозрачный, невесомый шарик скатился в его ладонь и растаял, превратившись в легкий дымок. Взор мага затуманился, и вместе с дымком перенесся в башню, на верхний этаж.
Разговор ему слышался плохо, но происходящее он видел. В просторном зале с высоким куполом, стояла разгоряченная Эларор с хмурым взглядом. Напротив нее сидел король. Он был похож на Наальдора, только не так сильно, как ожидал Иллигеас. Эларор он слушал молча, с ледяным спокойствием,а потом поднял руку и заставил ее замолчать. Спустившись с трона, он указал ей на двери. Топнув ногой, эльфийка вылетела вон.
Иллигеас тут же торопливо прервал свою магическую слежку, и все же он оказался замечен. Раальдор повернулся, и с балкона глянул на окно его комнаты. Их взгляды встретились. Спустя некоторое время, в гостевую влетела Эларор.
- Довольно отдыхать! – бросила она на ходу. – Мы уезжаем!
- Чуть позже, - вдруг сказал эльф, охранявший комнату Иллигеаса. – Король желает говорить с магом.
Он кивнул ему, и тот встал.
- Возможно, мой разговор будет более удачлив, - сказал Иллигеас эльфийке, отчего та вспыхнула еще больше.
К королю его сопровождали двое лучников. Пройдя витыми лестницами, и широкими терассами, устланными алыми коврами, они вместе вошли в большой зал, который однако не был тронным. Его белые стены украшала позолота и багрянец. Посреди лежал тонкий ковер с узорами, а на нем стояли кресла в подушками. Увидев Иллигеаса, Раальдор сделал знак охране. Двери тут же закрылись, и маг остался наедине с королем. Он не торопился проходить, ожидая приглашения сесть, а король между тем изучал его. Серо-голубые глаза скользили по нему, и будто просвечивали насквозь. К тому времени Иллигеас заметил, что Раальдор не носил традиционной короны, только тонкий серебристо-золотой обруч, за который были убраны длинные белые волосы.