На земле Высших эльфов царствовала иная погода. Чистое небо и багряная листва. Только забвения тут не было. Иллигеас прислушивался к этой земле очень тщательно. Особенно его внимание привлекал личный зал Раальдора. От его башни исходила сила, мягкая, влекущая, и маг решил подсмотреть. Король ходил туда к вечерней заре. Иллигеасу это не составило труда. К его разочарованию, заветный зал являлся всего лишь картой. Пол в нем вмещал все земли Халдрагара, и Раальдор в тот момент стоял посреди них.
Карта отсвечивала золотом и серебром. Земли на ней выглядели странно, будто светились сами изнутри, и вдруг тайному взгляду Иллигеаса открылось нечто. На карте появились неясные пятна, которые превратились в четко очерченные войска со всей геральдикой. Прокравшись в мысли Раальдора, маг так же увидел жажду, как и во взгляде Наальдора. Он понял, за что будут бороться народы, и забыл об осторожности. Карта поплыла, и на ней вспыхнул север с огромной темной крепостью и полчищами тритрагдорских магов. Неожиданно, Раальдора ударила сила Аргелора. Король вскрикнул от боли и упал на колени. Карта исчезла, зато на пол упали алые капли крови. Раальдор задышал тяжело и прерывисто.
— Не стоит туда так соваться! — Иллигеас решительно выступил из своего магического укрытия, тем более что король и так его заметил.
— Следил… — укоризненно произнес Раальдор. — В другие времена моя стража…
— Лучше говорить меньше и выйти на свежий воздух, — сказал маг, и взял его за локоть.
Уже сидя в беседке, Раальдор откинулся на каменную спинку скамьи, и поправил свои одежды. На Иллигеаса он бросил взгляд, полный сожаления и грусти.
— Думал, они будут биться за свободу? — с мрачной улыбкой спросил он.
— В Высшем Мире другие ценности, другие законы, — холодно заметил Иллигеас. — Я думал о другом, а не об артефакте…
— Другой мир, Иллигеас, — поправил его король. — У нас искажено сознание. Мир сам его меняет, я ведь помню Высший Мир, я знаю, что там. Но это мир требует другого.
— Но…
Иллигеаса прервал хриплый кашель Раальдора. Наконец, он стал дышать свободно, окончательно отойдя от магии Аргелора.
— Есть народы, которые будут биться именно за этот мир, но их мало, — сказал он.
— Первородные? — маг помрачнел. — Я думал об этом. Но их некому поднять на войну.
— Твоя связь с драконицей прервана, а я кое-что знаю, потому и дал согласие, — сказал Раальдор. — В этой грязной борьбе есть и светлые стороны…
— Такие, как твоя выгода? — холодно заметил Иллгиеас.
— Не думай об этом плохо, — нахмурился король. — Там колыбель Высших эльфов…
— Первородные…
— Первородные, — кивнул Раальдор. — А ты утаил их от своей ученицы…
— Она… — лиловые глаза мага вспыхнули.
— Ты не верил в ее силы, — сказал король. — Белый дракон, а для тебя она всего лишь задание Братства. Добровольный экзамен.
В его глазах что-то промелькнуло. Серые глаза таили многое, и Иллигеас даже не был уверен, сумел ли он разгадать его, как мага. Зато Раальдор прочел его, и прочел хорошо.
— Нет, верил, — возразил Иллигеас. — Просто ее брат…
— У него есть, чему поучиться, — неожиданно сказал король. — Он быстр и умен. А, кроме того, он победил Архимага. Он победил то, с чем боролся Высший Мир, победил без войны и армии…
— Я знаю это. Он разгадал его суть, — сказал Иллигеас.
— Да, я видел это на карте. Хитро придумано было. А Высший Мир и не догадался. Как же так? — с сарказмом заметил Раальдор. — Аргелор всего лишь разбил его сердце. Но ведь у него самого есть это слабое место. Остается гадать, чья броня будет крепче, его или белого дракона? Ты ведь видел белую драконицу?
— Один раз, — маг отвернул от него взгляд.
Раальдор усмехнулся.
— Значит, правду говорят, что твой народ холоден, как лед? — хмыкнул он. — Я видел твою ученицу. Великолепный дракон.
— Я вижу, твое сердце не спокойно к ней? Я могу напомнить свои слова, — сказал Иллигеас, но Раальдор поднял руку в знак не согласия и беседа закончилась.
Он ушел к себе в башню, а Иллигеас остался размышлять. Перед его глазами был все тот же золотой лес и белые дворцы.
Перед взглядом Тиры расстилалась другая картина. Развалины все тянулись и тянулись, хоть воительницы давно покинули забытый город. Теперь Тандрия стала еще осторожнее. Прошло уже много дней после стычки с охотниками. В воздухе витал запах ледяного моря. Он был слабым, но вечерами ветер доносил его, и тогда эльфийка настораживалась еще больше.