— Плохо, все плохо! — ворчал он себе под нос, глядя на всю суматоху.
Удар в спину накрыл его волной боли, и не только его. Кто-то применил магию, сильную, очень могущественную, которую не каждый маг сумел бы справить. Магия показалась отдаленно знакомой. Где-то, в погребенном ныне Этиль Араде, он уже знал ее. В голове возник образ девы песков.
Кеанра. Воительница не побежала прочь от смертельного врага. В крови ее народа дремали силы, магия пустынь, прожженная, выветренная горячими ветрами, и порой даже не понятная. Кеанра обратилась к ней, к родным пескам, к их мудрости и жару. Ее глаза засветились темным золотом. Огонь побежал по жилам, все выше и горячее, пока не разлился узорами на гладкой коже.
Скрываться уже было незачем, бежать назад тоже. Кеанра встала навстречу приближающейся армии. В руках возник лук, будто сотканный из огненных нитей. Воительница вложила такую же стрелу на тетиву, и воздух вокруг нее зашипел.
— Черный дракон! — Лар перенесся из одного места в другое, опережая само время. — Черный дракон! На поле боя воин!
Он припал на колено перед Аргелором, который уже успел вернуться в зал, и теперь стоял в своих дымящихся доспехах, огромный, как скала. Лар услышал, как он фыркнул.
— Воин на поле… У белой драконицы появилось оружие, — голос его был спокоен.
— Я говрил…
— Тихо! — внезапно гаркнул Аргелор.
Доспехи, несмотря на тяжесть, сидели, как вторая кожа. Пошевелив могучими плечами, Аргелор тяжело опустился в кресло, которое заскрипело под его весом. У его ног развернулась карта, на которой выступала его армия.
— Эту пешку ты зовешь воином? — палец в железе ткнул в кроваво-красную фигуру.
— Эта магия…
Лар не закончил. Далеко на ледяном поле, Кеанра отпустила тетиву. В полет сорвалась стрела, а магия, которая взрезала воздух с диким свистом. Самые мощные доспехи, кованные тьмой, не выдержали ее напора. Первый воин Аргелора рассыпался в прах. Кеанра приладила вторую стрелу, и вновь магия прорвала пространство.
— Вот как… — Аргелор ухмыльнулся под своим шлемом.
— Наши маги сделали все, что могли! — Лар, чувствуя, как воины на поле рушатся, сам припал на колено. — Тот воин использует последнюю магию жизни! Он умрет, даже если его не убьют!
— Встань! — презрительно бросил Аргелор в его сторону.
Его забавляло то, что происходило на поле боя. Шлем скрывал его эмоции, и Лар только недоуменно смотрел на своего повелителя. Одно движение его рукой, и черные воины превратились в лучников. В порыве магии Кеанра даже не заметила удар. Стрела пролетела сквозь нее, прошив ее тело, и преодолев немалое расстояние, вонзилась в плечо Хардарры. С немым криком тот повалился прямо в окружении гномов. Наконечник, не то из стали, не то из неведомого камня, вонзился в самую кость. Арт зарычал от боли.
— Маг! — заорал ближайший к нему гном, зовя Иллигеаса на помощь.
Бросив плести защитное заклинание, тот ринулся к арту.
— Назад! Щиты поднять! — закричал он и склонился над раненным Хардаррой. — А тебе, придется потерпеть.
Он ухватился за древко, но пальцы соскользнули, измазавшись в крови.
— Кеанра! Я чувствую, это ее кровь, — прохрипел арт, пытаясь привстать, и тут же рухнул обратно. — Что за колдовство у этого черного дракона?!
— Тише, тише! — Иллигеас дернул изо всех сил стрелу.
Крепкая кость арта противно хрустнула и отпустила наконечник с хлюпающим звуком. Хардарра взвыл от боли. Из раны хлынула кровь, и, отбросив стрелу, маг принялся зажимать ее.
— Оставь! Я себя вылечу! — прохрипел арт. — Ставь щит! Кеанру бы спасти…
— Я не смогу ей уже помочь! — Иллигеас уже с трудом выбирал из себя крупицы силы Высшего Мира.
Капелька серебристой жидкости с кончика его пальца соскользнула в рану на плече Хардарры.
— Спасибо! Но тебе надо торопиться! Если они выпустят залп стрел, нам не выстоять! — говорить ему было больно, и он замолчал.
Иллигеас вскочил. Тут он уже сделал все, что мог. Оглянувшись на войска, которые так и не пришли к единому согласию, он решился на последнее дело. Встав одним боком к ним, а другим к опасности, он обратился к Высшему Миру. В этот миг, со свистом, у его ног воткнулась вторая черная стрела, с которой стекали капли крови. Там, за туманной завесой, билась Кеанра.
Запах ее крови учуял вождь тэларийцев. Уж слишком явно разлился он в воздухе.