— Поединок, так поединок! Чего медлить?! — снова воскликнул парень в черном балахоне. — За поруганную честь хвоста арта!
Толпа разразилась смехом. Однако встретив взгляд самого арта, все приутихли. Хотя нашлись и другие.
— Она же девушка!
— Вот именно… Черноволосая! Ведьма!
— Проклятая и хвостатый сейчас сойдутся! Вот бой то будет! — прыснули рядом.
Едва Тира успела опомниться, как ее и арта уже заключили в круг толпы.
— Поединок! — потребовали все в один голос.
— Так как? — рыжий обошел Тиру вокруг и остановился рядом со своим другом. — Я…
— Замолкни! — процедил арт сквозь зубы.
Казалось, он был не рад тому, что развернулось вокруг, но кулаки сжал. Тира же стояла спокойно, словно статуя, глядя на сборище жадных и ненавистных глаз.
— За поединок накажут огненным хлыстом! — прошептал арт.
— Хвостатый видно и чести не знает…биться не торопиться то…
Эти слова из толпы подхлестнули его. Нехотя, он занял стойку напротив Тиры.
— До первой крови! — прошипел он. — Ты меня оскорбила, и тут ты маг, а не девушка…
С кончиков его пальцев сорвался зеленоватый огонек. Едва долетев до Тиры, он угас. Толпа тотчас же залилась смехом.
— Это все? — холодно спросила Тира.
— Что за магия у тебя?! — глаза арта расширились от удивления.
Он повторил сложный пасс руками и снова заклинание угасло. Его соперница молча наблюдала за ним.
— Слабак! — послышалось из толпы. — А еще в боевые маги записывался!
— Да она верно ведьма…
— Хватит! — голос рыжего парня оборвал мерзостный шепоток. — Так не пойдет! Тебя обучают скрытой магии!
— Нет, — так же спокойно отозвалась Тира. — Я не маг. И даже иллюзии строить не имею.
— Что?! — толпа зашипела с новой силой. — Ведьма она!
— Черноволосая… — прошипел арт. — Ведьма…
— Я не ведьма! Если ты хочешь сражения, то дерись как воин! — в конце концов, разозлилась Тира. — Я не желала тебя оскорблять и могу принести тебе извинения…
— Нет! — вместо арта выкрикнул его рыжий друг.
— Бой! — взревела толпа, совсем позабыв о возможном наказании.
Арт бросил не добрый взгляд на своего друга. Фыркнув, он пригнулся и вскинул руку, а после оказался в железном плену, спиной к своему врагу, с вывернутым запястьем. Несмотря на свою природную силу, освободиться он не сумел.
— До крови! — выкрикнул кто-то, но Тира отшвырнула арта, оставив его невредимым.
— Я не буду драться! Если кто тут желает увидеть кровь, то увидит только свою собственную! Довольно на этом! — громко проговорила Тира.
Ее взгляд сделался неимоверно тяжелым, от рук пошел сильный жар, который она сама не чувствовала, зато толпа бросилась врассыпную. Камень же под ее ногами сделался мягким как мох.
— Да ты… — рыжий парень шарахнулся от нее к своему другу, пытаясь его поднять, но тот вжался в ступени, словно заговоренный, глядя на плавящийся воздух вокруг силуэта Тиры.
— Ты же… — он задохнулся от собственных слов.
Не дав ему договорить, Тира шагнула к нему, уняв свой жар.
— Если я тебя оскорбила, то прошу прощения, — сказала она. — Я слишком погрузилась в свои мысли и не заметила тебя.
Не обратив внимания на протянутую ему руку, арт медленно поднялся и отступил назад.
— Тебе не место здесь! — выговорил он, отталкивая друга за свою широкую спину. — Тебе и твоему брату. Твоего народа нет на этой земле…
Он развернулся и быстрыми шагами ушел прочь, бесцеремонно таща за собой рыжего парня, который бросал недоуменный взгляд то на арта, то на Тиру.
Прогулка на этом закончилась. Продолжать ее Тире расхотелось, и она вернулась в свое крыло. О поединке видимо никто не рассказал. В здании было тихо. Дверь в кабинет Иллигеаса оказалась закрытой, но Тира все же дернула массивную ручку и увидела своего наставника, стоящего над столом. Перед ним лежала карта, каких она еще не видела. Большой толстый лист отливал янтарем и слегка светился. Линии на карте двигались, вместе с ними перемещались и символы. Завидев Тиру, Иллигеас не спешил прятать карту.
— Подойди, — сказал он.
Приблизившись, Тира прищурила глаза. Карта светилась гораздо ярче, чем казалось издали. На одном листе уместился весь мир, и Иллигеас, играя пальцами, мог перемещать на карте линии по своему желанию.
— Видишь этот континент? — по его мановению, всю карту заполнил один огромный кусок земли.
На Тиру пахнуло суровыми ветрами, несшими запах моря и льда. Карта вздулась темными буграми, на которых поднялись леса. С севера надвинулись льдины, необычные, с зелеными прожилками. Такие же, окружали и сам континент. Берега невиданной земли показались слишком неприветливыми. Их острые скалы походили на звериные клыки, под коркой наледи. Над ними плыли серые тучи, сквозь которые почти не проглядывало солнце.