— Ты передашь мне свои знания, — веско сказал Аргелор.
Он вновь схватил его за руку, только теперь боль была намного сильнее. Архимаг почувствовал все, что до этого сам причинял другим. Аргелор силой усадил его за стол.
— Знания… — тихо проговорил тот.
— Через месяц тут будет крепость с кузней, — продолжил черный дракон. — А ты…ты мне нужен для моей армии. Мне нужны воины.
— Лучше бы следил за своей сестрой, чем отстраивать тут свои владения, — напомнил ему Архимаг.
— Ты глуп. У меня свои планы, — сказал он.
— Ты плохо думаешь! Твои мысли затуманены величием!
— Я не разрешал тебе говорить…кажется, — Аргелор прижал его к старому стулу.
— Ты должен получить ее сердце, а иначе все твои планы пустая пыль! — прохрипел тот.
— Не такое оно ценное, как ты думаешь! — бросил дракон. — Твои мысли лежат на поверхности, тогда как я смотрю гораздо дальше тебя!
— Ошибаешься! — поджал губы Архимаг. — Вынь ее сердце и завоюешь этот мир без войны…
— В чем тут ценность?
— В том, глупец, что твоя сестра и есть надежда этого мира! — теперь уже Архимаг цепко и больно сжал его руку. — Без нее ты возьмешь мир за один день!
— И ты думаешь, это удачный план? — Аргелор усмехнулся. — Нет. Из твоих мыслей я выудил достаточно о белых драконах, о черных и даже о других. Я знаю их слабости, их магию. А вот ты, думал ли ты хоть раз набраться сил для победы и выбрать свое время? Выждать свою эпоху?
— Эпоху? — Архимаг замолчал. — Что за план у тебя?
— Мне нужны твои знания, а не советы, — он вышел из башни и закрыл за собой дверь.
Аргелор изменил главный зал. Теперь там стоял громадный стол из черного камня. Он имел круглую форму и занимал почти все пространство. Кроме него, тут не было никакой мебели, но дракону такая обстановка нравилась. Легкий взмах руки и поверхность стола заклубилась сизым туманом. Из него поднялась карта всего Халдрагара. В отличие от Этиль Арадских магов, Аргелор знал о самом северном континенте, и имел подробную карту земель Высших эльфов. Эти два места светились, и проникнуть в них он не мог. Высшие эльфы обладали странной магией, которая отличалась от всей остальной и была очень могущественной. Северная же земля наоборот, знала простые истины, которые не поддавались разрушению, кроме того, там царил холод. Не простая вечная зима, а тот холод, который морозил саму жизнь. Кроме того, в мире еще кое-что мешало Аргелору. Его сестра. При коротком бое с ней, черный дракон ощутил ее скрытую силу и потому планы его лишь нашли себе подтверждение. Ее сердце, он, конечно, мог вырвать, но другое желание заняло его мысли. Это была не его эпоха. Аргелор много знал о Высшем Мире, о его истории и потому план его состоял в ином, нежели мог предполагать Архимаг. Таких как он, в Высшем Мире не ждали. Драконы даже забыли о том, кто был до них, и от кого они вели свой род. Аргелору просто нужно было другое время, которое было далеко впереди.
Карта, будто отвечая его мыслям, вспыхнула, а после погасла, и снова превратилась в стол.
Тира будто знала о планах брата. Драконья кровь в ней бурлила и кипела, силясь поведать об изменениях в мире, только слушать ее было сложно. Море тоже давало разные сведения, то являя чужие леса с золотой листвой, то шумело парусами темных флотилий, то бросало взор драконицы к северу. Одно стало ясно, Аргелор набирал силу и не малую.
Весь следующий день, Тира думала об этом, не замечая приготовлений к дороге, хоть гидралов она и сама выбирала. Старейшины не поскупились. В лесу ей показали лучших ездовых зверей. Они оказались больше тех, на которых ей уже довелось ездить. Пока она их выбирала, охотница вдруг остановила ее руку.
— Ты могла бы поехать на спине лесного хозяина, — сказала она.
— Нет, — отказалась Тира, сразу понимая, к чему та клонит.
— Зря, — эльфийка ткнула ее в грудь. — Ты еще слишком молода и глупа.
— А ты стара? — усмехнулась Тира, ничуть не обидевшись на нее.
— Мне сто пятнадцать лет, — ответила та. — По меркам людей, это много. А тебе всего лишь два десятка минуло. Ну и кто кого должен слушаться?
— Я ведь дракон, — напомнила Тира, заметив хитрую улыбку на ее губах. — Если не ошибаюсь, у драконов другие мерки.
— Признаю, я проверяла тебя, — честно сказала та. — Признаешь ли ты себя драконом или нет. Тебе надо спрятать свое сердце, Тира. Тогда твой черный братец не сможет тебя убить.
Тира с некоторым сомнением коснулась своей груди, и только сейчас осознала, каким было ее сердце. Как у всякого молодого дракона, никогда не любившего, ее сердце имело твердую, почти каменную оболочку и светилось изнутри. Оно обладало своей собственной силой. Такое же сердце горело и в груди Аргелора, только оно имело черный цвет, и внутри него кипел багровый огонь.