— У этого дома нет хозяйки, но сделать ею тебя против твоей воли, я не могу, — лесной хозяин сказал это с сожалением.
Тира лежала, медленно приходя в себя, и не знала, что время в ее мире сейчас летело очень быстро. Охотники там метались в ее поисках по многим землям, только следов там не осталось. Будто почуяв это, драконица очнулась. Раны к тому моменту успели исчезнуть, и только маленькие шрамы остались на теле Тандрии.
— Где мы? — Тира быстро оглянулась, и последние события промелькнули у нее перед глазами. — Это ты нас спас?
Лесной хозяин сидел рядом, и внимательно смотрел на нее, а потом отвел свой проницательный взор вдаль.
— Не только я, Тира, — ответил он. — Посмотри…
По левому боку от драконицы возникло озеро. На его глади, Тира и увидела серого дракона, старого и уставшего. Она видела, как он остановил охотников, и как погиб после этого. Но за его спиной стоял Аргелор.
— Архимаг был драконом? — Тира замерла на берегу, а видение уже исчезло. — Дракон?
— Да…он последний из самого древнего рода. Серый дракон, — ответил лесной дух. — Даже
я не углядел его сути. А твой брат смог. Твой брат страшнее Архимага.
— Я знаю… — Тира вздохнула. — Как здоровье Тандрии?
— Ее раны исцелились…
— Но? — драконица повернулась к нему. — Ты что-то не договариваешь…
— Я многое могу увидеть, только увидеть твою битву с Аргелором не могу, — хозяин отвернулся, и Тире показалось, что она увидела его слезу.
— Почему же? Мой наставник рассказывал о том, что ты живешь во многих мирах, и видишь в них все, — ее голос стал жестче. — Ты просто не хочешь видеть эту битву.
— Я… — он вскочил с места, и отступил от нее. — Теперь я вижу, что ты дракон не только телом. Твой разум режет чувства пострашнее меча врага.
Тира и впрямь ощутила свою остроту, а лесной хозяин показался ей слишком открытым и мягким. Она читала его мысли и чувства, и не замечала, как причиняла ему боль. Драконица в его обители была подобна острому кристаллу, который впивался в этот лес.
— Прости… — и Тира тоже отступила. — Я очень любила брата и отца. Только теперь мое сердце вряд ли будет любить. Я выбрала путь воина. Дальше я пойду одна. Пусть Тандрия останется…
— Кого это ты собираешься оставить? — раздался из-за деревьев знакомый голос.
Эльфийка вышла неожиданно тихо, хоть и была немного бледна. Раны на ней зажили, а ее взгляд кольнул Тиру, как и раньше.
— Тебе еще рано вставать…
— Нет, — Тандрия остановила ее знаком руки, и взглянула на лесного хозяина, который стоял с опущенной головой. — Я здорова. Вижу, ты решила ехать.
— Да, Архимага больше нет, теперь угроза посильнее будет, — Тира с сожалением посмотрела на лесного хозяина, и поклонилась ему. — Благодарю тебя, лесной дух, за заботу и пристанище…
— Не нужно, — он вздохнул, и вместе с ним погрустнел и весь лес. — Этот дом открыт для тех, у кого сердце чистое. Открыт всегда. К сожалению, не в моей власти сократить вам путь на север…
— Нам бы гидралов наших вернуть, — напомнила Тандрия.
— Да, звери лишними не будут, — согласилась Тира.
— Они будут ждать вас, когда покинете этот лес, — сказал лесной хозяин.
— Благодарим тебя, — Тира поклонилась еще раз, и повернулась к тропе, что возникла среди корней и травы.
Лесной дух долго провожал ее взглядом. Тандрия, когда оглянулась, увидела его глаза, полные печали.
— Может, ты обернешься ему на прощание?
— Нет, — отрезала та.
Тира и так чувствовала его печаль и боль, но эти чувства скользили по ее сердцу, как вода по стеклу. Сейчас ее волновал Аргелор. Лишь дойдя до края леса, где его граница стала мутной и искаженной, Тира остановилась. Лес отпускал их, и в тоже время расставаться с ним не хотелось. Тут на краю, все стало резче, запахи, звуки и огромный купол изумрудных деревьев.
— О тебя разбиться можно, — недовольно заметила Тандрия.
— Почему?
— Сердце лесного хозяина дорогого стоит, Тира, — укоризненно глянула на нее эльфийка.
— Тандрия, ведь ты воин, — скупо бросила драконица.