- Угу. Пришлось постараться, чтобы найти хорошую ягоду на рынке, но я справилась.
- Очень вкусно, несмотря на то, что я не очень люблю фруктовую выпечку. – Я в два укуса съел остаток пирога и поудобнее взял Равель, чтобы не уронить её. – Ладно, держись.
- … – Та лишь изо всех сил прижалась ко мне, когда я прыжком поднялся на крышу одного из зданий.
Идя по краю крыши, я периодически принимал угощения от Равель. Мы переговаривались о разном, о погоде, о ребятах, о грядущем прощальном банкете, пока не дошли до края города.
- Ой! Пора возвращаться?
- Видимо, да. Ты ведь сейчас займёшься сортировкой писем?
- Да. Несмотря на выходку магов, нужно ответить на письма других.
- Тогда позволь мне помочь. У тебя появится больше свободного времени, а для меня это будет какой-никакой опыт.
- Я буду только рада.
- Хмм… – Просматривая очередное письмо сомнительной наружности… – Слушай, как ты можешь терпеть всё это?
- Стараюсь не обращать на таких внимание. Их поведение говорит об их жалкости, тем более что они уже получили ответ.
- Ясно. Ну, я считаю немножко иначе.
- Прошу, только не доводите до лишних смертей. – Равель взяла последнее письмо и открыла его… – ИЯА-А-А-А! – Внезапно она закричала от попадания на её лицо какой-то хрени, вылетевшей из конверта.
- Равель! – Я мгновенно подлетел к ней и использовал мощное исцеление. – Что с тобой?
- А-а-ай! Ж-жётся! – Её лицо… регенерация Феникса не помогает. – А-а-ай…
- Что же за хрень? – Я взял конверт и принюхался… яд со святой водой. – Тц, Равель, прожуй это – Достав из инвентаря небольшой кусок фиолетового мха с яркими белыми цветами, я запихнул его в рот девушки.
- Ум… Ум-м… – Со слезящимися глазами он стала жевать мох, и страшные раны на лице начали мгновенно затягиваться, возвращая всю милоту её личика.
- Что произошло? – Рядом появилась Офис. – Нужна помощь?
- Нет. – Равель потеряла сознание у меня на руках, и я отнёс её на кровать. – Скажи Широне, что нужно поговорить.
Через какое-то время в дверь влетела беловолосая некомата. Она обеспокоенно подбежала к Равель и стала осматривать её.
- Что случилось, Хозяин? – Твою мать… Ладно, не до этого.
- Кто-то из магов отправил письмо с встроенной ловушкой. Яд, смешанный со святой водой. – Я накрыл Равель одеялом. – Я хочу наказать этого мудилу, а заодно и всех, кто её доставал из-за контракта со мной.
- Ты хочешь, чтобы я помогла?
- В точку. По трём причинам. Ты подруга Равель. Я тебе доверяю. У тебя достаточно тяжёлая рука.
- Но как мы определим, где они? И как будем добираться?
- Хмм… доберёмся, я полагаю, на мне, а насчёт их местонахождения… тебе знакомо выражение: «Вычислить по ip?»
Где-то в Канаде, двухэтажный домик. Удостоверившись со списком, мы с Широне переглянулись и, согласно кивнув, пошли к входу. На стук в дверь к нам вышел парень лет пятнадцати.
- Да?
- Вы отправили письмо для заключения контракта под именем Владыка Льдов?
- Да…
- Вы писали: Я – лучший маг льда в мире. Если ты, сучка, этого не понимаешь, то я приду и сам пронжу твою задницу своим ледяным буром.
- Ну-у, было дело… А что? – Переглянувшись с Широне, я кивнул и отбросил список…
Небольшая башня на острове в Тихом Океане. На звонок в дверь вышел двадцатилетний дрыщ.
- В своём письме вы писали: Если он не заключает контракты даже с такими сильными магами как я, то такую давалку как ты, нужно драть каждый день. …
- Ага. – …
- Мочить?
- Мочить.
--- Спустя несколько десятков отправителей. Великобритания. Академия магии. Кабинет директора.---
- Хозяин, у него такой же запах.
- Я тебя понял. – Список отправился погулять, а я замахнулся на вдруг поднявшего палец старпёра, говорившего по телефону.
- Да… – Широне развела руками, мол, что делать? – Да, верно… – Я мотаю пальцами, мол, поторопись давай с посмертной речью. – Да, правильно… – Некомата недовольно мотала хвостами, злобно смотря на директора академии. – Верно, верно… – Да ну к чёрту… Я взял какую-то шнуровидную хрень и набросил её на шею любителю святых ядов, вонзив концы ему в плечи. Так просто ты не сдохнешь…
- Ум-м… А? – Спящая на кровати Равель открыла глаза и приняла положение сидя. – Что… случилось?
- Проснулась? – Я подошёл к ней и сел рядом. – Ты потеряла сознание на сутки. – Я кратко пересказал ей о произошедшем, умолчав о подробностях выбивания различной дури из голов зазвездившихся магов. – Ну, как-то так.
- Ясно… уф-ф-ф, до сих пор не могу забыть то чувство. – Дрожь короткими разрядами сотрясала её тело. – Я почувствовала, как моя сила пропала… Так страшно… У? – Мои крылья окружили её, отгораживая от внешнего мира.
- Прости. Я не смогу защитить тебя от такого. Твоя слабость к святым предметам та ещё проблема… Однако, ты ведь не хочешь с ней мириться. – Она отрицательно помотала головой. – Хорошо. Признаюсь, сделать тебя полностью имунной к ним невозможно без последствий, но я смогу ослабить их до уровня сильной аллергии.
- … Что… что требуется от меня? – Я приблизился к ней, смотря в её синие глаза.
- Принять меня. – Она волнуется. Я вижу это в её глазах.
- Я… – она зажмурилась, и я остановился, терпеливо ожидая её ответа… как вдруг она вытянула руки вперёд, и резко приблизилась. Тёплое мягкое ощущение накрыло мои губы с ароматом цветов... – … я согласна. Пожалуйста, будь нежнее.
- Хорошо. – Я подался вперёд, аккуратно повалив её на кровать.
Кольцо с огненным опалом отправилось в коробочку, и я откинулся на спинку стула, потягиваясь всем телом. Нужно ещё два камня… но каких?
От Аквамарина исходит холодное спокойствие и ранимая душа, идеально подходящие характеру Присциллы.
Рубин отражает глубину любви Риас ко всем, кто дорог ей, и ярость её силы разрушения.
Мягкость изумруда идентична той доброте и заботе, которой при рождении была наделена Асия.
Аметист с его изменчивостью отображает способность Акено быть разной в разной обстановке, леди, другом, девушкой, товарищем, женщиной… садисткой с небольшой долей мазохизма.
Алмаз настолько же твёрдый и хрупкий, насколько тверда и ранима Россвайсе.
Два янтаря светлого и тёмного оттенков дают ощущения нераздельности и противовеса, как характеры Широне и Куроки.
Широне добрая и хорошая девочка, однако очень правильная и жёсткая, если дело касается разврата… чего не скажешь, когда она сама предаётся ему.
Курока же наоборот, ни в чём себя не ограничивает и свободно, порой дерзко, общается со всеми, но свою любовь к кому-нибудь не может выразить напрямую. В конце концов, несмотря на свою «развратность бродячей кошки», она является скорее одомашненной рысью.
Что же касается Равель, огненный опал символизирует её гордость, как дворянки, но пламя внутри неё так же способно обратиться погребальным костром для врагов и согревающим очагом для близких.
Почему я это знаю? Потому что я скотина, которая никогда не сможет сознательно полностью отдаться наслаждению. Я ещё не знаю, какие камни приготовить для Зиновии и Ирины. Почему я уверен, что они понадобятся?
Зиновия, не побоюсь этого слова, помешена на познании настоящего женского счастья, то есть завести ребёнка, а её воспитание как экзорцистки дало галочку в пункт того, что её ребёнок должен быть сильным и иметь сильные гены. Кроме этого, она до ужаса предана и ценит дружбу и любовь, как что-то святое… ну или проклятое, ведь она демон… так что синий турмалин хорошо ей подойдёт.
С Ириной другой разговор. Радостная, добрая, с шилом в одном месте, она обладает фанатичностью, которая может казаться как милой, так и наивно-глупой… однако её истинная вера при правильном подходе может засветиться яркой звездой, которая укажет путь нуждающимся… Звезда… Солнце… Радость… Сердолик, даже среди людей считающийся камнем, символизирующим Солнце и приносящим радость, хорошо отразит её сущность. А насчёт её выбора. По себе знаю, что однажды человек – всегда человек. Оставаясь преданными своим идеалам и принципам, мы всё ещё предпочтём то, что больше нас привлекает, старому, если оно отвечает тем же требованиям.